2
0Я тоже мог прекрасно понять Клима. Однако ничего из того, что с ним случилось, его не оправдывало.
— Знаешь, что может быть ценнее одной человеческой жизни? — Спросил я.
Мой вопрос, видимо, застал Белоуса врасплох, и оттого Ваня запоздало покачал головой.
— Две. Две жизни, Ваня. А сколько жизней у нас сейчас за плечами?
Белоус понимающе опустил взгляд.
— Вот. И за каждую мы в ответе. Значит, нам нельзя рисковать безопасностью Границы.
— Я понял, — он покивал. — Тогда доложим все Тарану так, как было.
Я глянул на Вавилова. Клим уже не плакал, только сидел на КСП с каменным лицом.
— Клим! — Позвал его я.
Тот медленно, словно сонный, поднял ко мне свой взгляд.
— Что сказали на заставе?
— Они вышли на связь с нашими на участке, куда уехал шеф, — очень медленно, как бы пережевывая слова, заговорил Вавилов. — Потом передали приказание Тарана — заставу подняли к бою. К нам спешит помощь. Части сил нашего наряда приказано ждать тут до прихода поисковой группы. Дальше присоединиться к ней.
— Ждать? — Спросил я и тут же догадался в чем дело. Добавил: — Ты не доложил Тарану о девчонке?
Припертый к стенке Вавилов тяжело сглотнул горький ком.
Я приблизился к нему, и Клим испуганно встал.
— Дай трубку, — сказал я.
Он молча достал трубку для связи и передал ее мне. Не сказав больше ни слова, я направился к ближайшей розетке, чтобы сам доложить все на заставу.
Таран был крайне удивлен тем, что мы нашли на границе какую-то девчонку. А потом, узнав о том, что Клим ее отпустил, он впал в холодную ярость.
И хотя начальник заставы, лично говоривший со мной по проводной связи, старался не показывать своего настроения, по слегка подрагивающему голосу я ясно понимал, в каком он бешенстве.
Тогда он приказал нам вести пограничный поиск по мере сил. Предупредил, что к нам движется еще одна поисковая группа.
— Девчонка, возможно, пыталась перенести на нашу сторону мины, — сказал шеф, — я лично обнаружил рюкзак с двумя минами на том месте, где ваш наряд застрелил медведя. Ищите. Постарайтесь захватить нарушительницу.
Ворон мог брать след давностью в два часа, потому время еще оставалось. И пес взял запах Амины.
Он вывил нас троих вниз, к реке.
— Ушла, — сказал я, осматривая берег под фонарем Вани. Потом глянул на темные речные воды, бегущие перед нами.
Здесь течение было не столь сильным, как в том месте, где мы спасли Амину, но девчонка явно не решилась бы пересечь Пяндж вплавь. Значит, все было очевидно.
— Неужели нырнула? — Задумчиво спросил Белоус, одарив меня недоумевающим взглядом.
— Нет. Это вряд ли.
