Гастролер

— Выйдите — все легче будет мне домкратить! — попросил он фельдшера.

— Не положено! — ответил за того ефрейтор и вновь напряженно уставился на Алека.

Фельдшер вышел из «рафика» и огляделся: кругом были поля, а до ближайшего леска за полем было достаточно далеко.

— Выводи, — не то скомандовал, не то посоветовал конвоиру фельдшер. — Куда он тут денется, ему даже бежать некуда, кругом поля, он же будет как на ладони…

Ефрейтор несколько поломался, но, пробубнив что-то «про ваше дело и свое», все же вывел закованного в наручники арестанта на воздух.

То, что произошло в следующие несколько минут, не понял никто из стоящих возле «рафика» — никто, разумеется, кроме Алека.

Внезапно со стороны дальнего леска по дороге к «рафику» подкатила серая «Волга».

— Что произошло? — высунув голову из окна «Волги», спросил моложавый, с пронзительными черными глазами генерал-майор авиации. — Может, чем помочь?

Ефрейтор вытянулся по струнке и от неожиданности проглотил язык, потому как, если сказать честно, генерала он видел впервые в своей жизни: в его саратовской деревушке генералы отродясь не водились, а в этой гнилой зоне старше полковника никого и не увидишь. Фельдшер же был толковый малый, не первый год ходил в прапорах и генералов на своем веку повидал немало.

— Никак нет, товарищ генерал, ничего не случилось, колесо спустило! Сейчас водитель все наладит и мы поедем… Конвоированного везем в больницу."

"Но генерал все же вышел из «Волги» и подошел. Усмехнувшись чему-то своему, он похлопал ефрейтора по плечу и спросил, просверлив его черными глазами:

— Какой год службы?

Смущенный солдатик не знал, что ответить генералу: вроде как не положено ни в разговоры вступать с посторонними, ни подпускать их к конвою, да тут такое обстоятельство — генерал как-никак интересуется…

— Второй! — отрапортовал ефрейтор и в ту же секунду увидел, как генеральская рука вздернулась и зажатый в ней пистолет нацелился ему точно в лоб.

— Не вздумай дергаться, сынок, шлепну не задумываясь! — спокойно сказал чернявый «генерал».

Все от неожиданности замерли.

— Автомат на землю! И три шага назад! — жестко скомандовал генерал. Из «Волги» выскочили еще двое — оба с автоматами Калашникова и в цивильном.

Ефрейтор, как на учениях, положил оружие под ноги и, выпрямляясь, четким строевым шагом отошел на положенное расстояние.

— Я этих беру, а ты пацаном займись! — крикнул генералу один из тех, кто выскочил из «Волги».

За все это время замерший у боковых дверей «рафика» Алек даже не шевельнулся.

Ангел, ухмыльнувшись, взглянул на него и тихо сказал:

— Подними «калаш» и отходи к машине, а я этим пупкарям скажу последние напутственные слова.

Он прошил ефрейтора и фельдшера таким взглядом, что у тех по телу пробежали мурашки.