Гастролер

"Е. С.

Я — вор в законе. Гастролер

ПРОЛОГ

27 сентября

22:30

Рыжий фургон марки «Газель» с косой надписью «Московская телефонная служба» на боковой дверце тихо подрулил к высокому темному забору в глухом уголке Кусковского парка. Дверца отъехала назад, и из фургона выпрыгнули двое в: камуфлированных комбинезонах-хаки, в ночной тьме полностью слившихся с густой листвой кустарников. Один из них, коренастый парень в черной лыжной шапочке-маске, поманил рослого водителя — тот вылез из-за баранки и спрыгнул на землю, держа в руке свернутый трос с якорем-«кошкой» на одном конце и крюком на другом. «Через забор полезем здесь, я вчера специально выбирал место, все проверил: над калиткой и по углам — камеры! А здесь безопасно, за листвой ничего не просматривается», — шепнул водитель и, размахнувшись, ловко запустил трос через забор. «Кошка» зацепилась за толстый сук столетнего дуба, трос натянулся. Водитель закрепил крюк на переднем бампере «Газели», и все трое скоренько полезли по натянутому тросу вверх. Через минуту они уже стояли на земле по ту сторону забора. Сквозь листву кленов и лип в ночи перед ними чернел силуэт невысокого двухэтажного дачного дома. Окна в доме не были освещены. «Саш, собаки там нет? Раньше вроде была», — тревожно заметил коренастый в лыжной шапочке. «Нет, старый кобель сдох еще полгода назад». — «Ну а старикан-то, надеюсь, еще жив?» — ухмыльнулся водитель. «Да жив, старый хрен. Его комнатушка на первом этаже, справа от входной двери». — «Ладно, пацаны, — продолжал рослый, — как войдем, ты, Дрон, сразу беги в конец коридора, руби телефонную проводку, а мы с тобой, Жека, пойдем старикашку брать за вымя. Ну, с богом! У нас на все про все минут тридцать, не больше!»

* * *Дежурный хирург госпиталя Главспецстроя в подмосковных Химках Людмила Сергеевна Степанова сделала Варягу перевязку старой открывшейся раны и отправила его в отдельный бокс на третьем этаже. Посмотрев ночные новости, в которых в очередной раз передали сообщение о дерзком покушении на руководителя президентской администрации, Варяг выключил телевизор, с трудом поднялся с кровати и стал, тяжело хромая, мерить шагами узенький больничный бокс. Он понимал, что оставаться здесь, в хирургическом отделении химкинского госпиталя, можно будет от силы пару дней — пока не уляжется суматоха в столице. Но потом придется искать новое укрытие: наверняка уже сегодня менты начали прочесывать все больницы Москвы, а завтра, глядишь, доберутся и до областных. Да и со связью нужно быть поосторожнее, не хватало еще, чтобы менты засекли его разговоры по мобильнику7. А без звонков ведь не обойдешься.

И словно в подтверждение этих мыслей в кармане пиджака запиликал сотовый.