Таргитай

Хотелось заорать во всех голос, чтобы подождал, взял с собой, он готов трудиться и рано вставать, если надо, забыть на время про девок и песни, лишь бы снова быть с другом, а не прозябать одному в этом злом и равнодушном мире. Пока вдвоем, а там, глядишь, и Мрака отыщут!

Но губы как назло не слушаются, рот будто свело судорогой. Руки-ноги отнялись.

Сильные руки подхватили со всех сторон, понесли Таргитая прочь. Звон в ушах начал медленно проходить. Со всех сторон слышно надсадное дыхание тащивших его гномов. Заскрипели ступеньки на выходе из таверны, а Тарху показалось, что слышит сокрушённый, отдаляющийся старческий голос:

– О, горе мне! Дух этого рыжего, что приходит к нашему волхву… Его владелец тоже был с этим голубоглазым, когда в Долине они забрали наше Перо…

Глава 5

– Не знаю, как ты, – заметил Степан, через силу двигая языком, – а я спать.

– Хорошо, я костёр не залил, – сказал Таргитай гордо, – а всего лишь затоптал. И дрова остались. Видишь, какой я предусмотрительный.

Пламя жарко полыхает, искры, что летят вверх, кажутся ожившими светлячками. Звёзды нависают так низко, что кажется: протяни руку – и сможешь дотронуться до этих сияющих льдинок. Их робкое сияние затмевает луна, заливая степь вокруг мертвенно-жёлтым светом.

– Проклятые гномы, – пробурчал Степан. – Я не то что ног не чувствую. У меня всё тело болит так, будто меня прожевали и выплюнули. Ума не приложу, отчего они решили нас отпустить. Вроде, к ним кто-то приходил. Ты понял, что вообще произошло?

– Тебе померещилось, – сказал певец вяло. – Как и мне. Если бы нас били по головам чуть дольше, мы бы не только какой-то странный голос услышали.

На дударя нахлынула тяжёлая волна усталости. После побоев ломит всё тело, словно ему методично переломали каждую косточку. Веки смежились, перед глазами стали плавать разноцветные пятна.

Он будто с головой погрузился в кадку с тёплой водой. Странные пятна принялись складываться в причудливые формы, в них проступают морды сказочных зверей, птиц.

Вытянутые, полные зубов пасти, размазанные головы с глазами, в которых полыхает багровый огонь. Его обдало порывом ветра от пронёсшегося над головой чего-то крупного и крылатого. Внезапно ударил ветер сильнее, в лицо точно впилось множество мелких тоненьких игл.

Таргитай недовольно открыл глаза, хотя обычно давно бы уже храпел и видел во сне красивых девок либо уставленный яствами стол.

Он нехотя разлепил веки и тут же увидел, как лунный свет выхватил из темноты широкий вихрь в человеческий рост. В ушах зашумел ветер.

Тугая волна воздуха ударила в костёр, и охваченные огнём ветки разметало. Они разлетелись в разные стороны, сыпля искрами и образовав вокруг костра неровный светящийся круг.

Из вихря на траву шагнул старец.