Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

«Соберись! Это не поражение, а одна из тактических неудач, которую мы исправим и выбьем пидоров с их позиций», — успокаивал я себя, пока ждал, когда выйдет группа «Рэдми».

Он был жив и готов к дальнейшим действиям. Оставалось добить его группу новыми бойцами и попробовать придумать что-то, чтобы штурмануть этот блиндаж.

«Прапор»

Вечером я в подавленном состоянии пошел на совещание с командиром и встретился на «Дяде Васе» с грустным «Басом». Мы сели с ним отдельно, чтобы поговорить и попить кофе, которое он раздобыл для бойцов. «Бас» был упорным и умел напоминать о себе, если нужно.

Он штурмовал штаб, как главный герой фильма «Побег из Шоушенка», который требовал, чтобы в их тюрьме сделали библиотеку. Серега добился, чтобы вместо рассыпного чая им на передок присылали растворимый кофе и другие более практичные продукты.

— «Что не весел, Генерал? / Али корью захворал, / Али брагою опился, / Али в карты проиграл? / Али служба не мила, / Али армия мала, Али в пушке обнаружил / Повреждению ствола?..» — спросил я его цитатой из пьесы Филатова «Про Федота-стрельца, удалого молодца».

— Да так.

Он нехотя улыбнулся.

— Привыкнешь к людям, а их раз и ранило. Или убило.

А человек-то был хороший. «Макса» ранило, «Прапора» ранило. А с кем теперь работать?

— «Макса» знаю. А «Прапор» — это кто?

— Ну ты даешь? — удивился «Бас» моей забывчивости. — Это же тот боец, которого ты увидел на фишке без броника и попросил меня провести с ним беседу.

— И что? Провел?

Я улыбнулся, зная, что разговор у него был коротким.

— Дал пару лещей. Он быстро все понял, и броник уже не забывал никогда.

— А что с ним? Задвухсотился?

— Нет. Когда «Маслена» выносили, всю группу ВОГом посекло.

Ноги, в основном. Я же с «Масленом» на одном лагере был. Шконки почти рядом стояли. Тот еще, конечно, был пассажир в зоне. Ну да ладно. Ты же их послал с «Топором» запустить птицу, а хохлы срисовали, откуда они взлетают, и закидали их ВОГами. А мои прибежали, и он прямо охоту открыл на них. Поджидали, суки, когда они на «открытку» выйдут, на шоссе.

Но они, видишь, даже на перебитых ногах его принесли, — искренне восхищался и грустил «Бас» о своих ребятах.

— Герои, что тут скажешь.

— «Прапор» и «двухсотых» вытаскивал от заправки, когда «Макса» ранило.

— Так это он? Там вы ваще по красоте сработали.

— Пффф… — выдохнул «Бас». — Ему «Мужика» давать можно легко. Или «Егория» офицерского, как при царе-батюшке.

Он прапорщиком в армии был! Это уже почти офицерский чин, по-старому.

— А как они с заправки вытащили пацанов?

Я увидел, как «Бас» приосанился и повеселел, готовясь рассказать мне про своих ребят.

— Мы вдвоем с «Прапором» разрабатывали план. Через два дня после того, как «Макса» ранило.

Лицо Сереги стало серьезным, как у Кутузова в Филях.