Белкина расправила на коленях широкую юбку.
– Больницу основал Владимир Ильич Громов. Вот при нем никакого безобразия не было, он врачей через лупу проверял, сначала на испытательный срок брал. А когда пару лет назад Илья Владимирович отца сменил, тут и началось. Открыли отделение пластической хирургии. На фиг оно нужно? Илья набрал в штат приятелей, тех, с кем когда-то учился, выпивал-гулял. Раньше врачи чувствовали ответственность. С похмелья к операционному столу? Им бы такое и в голову не пришло. А Илюшины друганы без головы, дипломы не пойми как получили. Ну и побежали хорошие специалисты от нас прочь, а взамен шушера пришла.
– Странно, почему никто из тех, кому не оказали нормальную помощь, не обратился в суд, – подначила я Белкину.
– А, – махнула рукой собеседница, – врача наказать трудно. И потом, многие ведь не понимают, что им не то сделали. Вот вам пример. Пришел один полковник с жалобами на боль в животе, ему поставили диагноз гастрит.
Я кивнула.
– Но кое-кто все-таки возмущается?
– Бывает, – согласилась Нина Егоровна. – Но на такие случаи у Ильи Зинаида Максимовна имеется. Если человек активно права качать принимается, она в сейф залезает. Ну а дальше – с кем за сколько договорится.
– Весенину Раису помните? – напрямик спросила я.
– Она от кори умерла, – кивнула Белкина. – Я как раз в отпуск собиралась, последний день отрабатывала, когда ее муж пришел и у Ильи в кабинете скандал закатил. Услышала, как он воскликнул: «Я знаю, вы убили мою жену!» О чем они дальше говорили, понятия не имею, главврач обе двери наглухо закрыл.
– Кто она такая? – немедленно среагировала я на незнакомое имя.
Нина Егоровна смутилась.
– Очередная жертва Ильи.









