4
0
– Но я редактор, – гордо заявила довольная собой Звягина, – и не поленилась одного пнуть, второго щипнуть, третьего пугнуть. Так что, битте-дритте, пользуйся, Лампуша! Здорово?
– Ага, – уныло ответила я.
– Ты счастлива? – не успокаивалась Звягина. – Очень уж я хотела доставить тебе удовольствие. Отблагодарить за помощь. Почему ты молчишь?
– От восторга онемела, – прошептала я. – Извини, Ирина, Макс дверь открывает, больше разговаривать не могу.
– Вау! Мы готовимся к ледниковому периоду? – воскликнул, входя в квартиру, муж.
Я шмыгнула носом.
– Глупо получилось.
– Откуда дровишки? – весело осведомился супруг.
Я чуть не заплакала.
– Я рассказывала тебе, что получила подарок на телешоу. Думала, ведущий просто так сболтнул, но нет, вот они, мои семьдесят два приза.
– Хочешь послушать, что Леня сказал про запись на телефоне Ларисы? – предложил муж.
Я мгновенно забыла про обогреватели.
– Конечно.
– Пошли в кабинет, – велел Макс. – У Леонида уши лучше, чем у летучей мыши.
– И глаза такие же, – хихикнула я, идя за супругом, – без трех пар очков ничего не видит.
Макс сел за стол и включил компьютер.
– Для нас сейчас главное его слух. Леня поработал над материалом, очистил его, изучил фоновые шумы, и вот что у него получилось. Говорила женщина, но ее голос был изменен примитивным прибором, который легко приобрести на рынке. Это не профессиональная аппаратура, штукенция для шутников, которые хотят либо посмеяться, либо поиздеваться над знакомыми. Серьезный человек воспользуется другим прибором. Звонившей лет двадцать с небольшим, она коренная москвичка, образование среднее. Скорей всего – курит.
Я не стала уточнять, каким образом Леонид ухитрился вытрясти такую уйму сведений из коротенькой записи.
– После изучения фонового шума стало понятно, что девушка в момент звонка сидела в кафе. И Леня установил его название.
– Это уж слишком! – выпалила я. – У него открылся третий глаз?
– Скорей четвертое ухо, – улыбнулся муж. – Вот, сама послушай.
Я затаила дыхание. Из ноутбука донеслись звяканье, гул голосов, чей-то смех, потом мужской голос заорал: «Чупака-тарапака! Ура!» Раздались аплодисменты и щелчок.
– Ну, что скажешь? – поинтересовался Макс.
– Чупака-тарапака? – повторила я. – Вас ист дас?
– Вопрос не в бровь, а в глаз, – похвалил муж. – На Марфинском валу работает «Дизайн-кафе восемь», почему оно так называется и где находятся семь остальных, одному богу известно. Но в этой харчевне в районе двадцати одного часа всегда подают особое блюдо под названием «Чупака-тарапака».
