Под боссом

— Мне нужно немного подышать, — объявляет Александра спустя пару минут и, не дожидаясь моего ответа, встает. Тут же выясняется, что алкогольный удар она держит не слишком крепко, потому что ее слегка заносит.

Решив, что торчать здесь дальше не имеет смысла, я поднимаюсь следом и беру ее под локоть. Поить ее больше точно не стоит, а вот пару вопросов задать по пути в гостиницу самое время. Иван со Скворцовым провожают меня с неприкрытой завистью на лицах, ошибочно полагая, что сегодня ночью я буду трахать Александру. Такой план у меня есть, но лишь когда я выясню, для чего она вцепилась в меня своими отбеленными зубами, и когда будет абсолютно трезвая.

Лифт останавливается на нужном этаже, я вывожу из него покачивающуюся Александру, снова чувствуя себя ее телохранителем. Ради выяснения правды сегодня я готов потерпеть. Довожу ее до дверей номера и заставляю посмотреть на себя.

— Я хочу знать, почему ты решила устроиться ко мне на работу. Кто тебя прислал? Ответишь честно — расстанемся по-хорошему. Соврешь — пожалеешь.

О да, она пьяна. Ресницы хлопают словно в замедленной съемке, не сразу ловит меня в фокус, но при этом умудряется не выглядеть отталкивающей.

Пьяница, блядь, от кутюр. Окидывает меня помутневшим взглядом и делает манящее движение указательным пальцем. Гребаная нимфа. Пьяна в дрова, но верна себе.

— Скажу, но только вам на ухо, потому что нас могут подслушивать.

Я не шевелюсь, и тогда она снова делает это движение: тянет меня за галстук и наклоняется к моему уху, отчего у меня моментально встает.

— Моего отца уволили с завода, а ему нужно платить ипотеку и кредит замою учебу.

 А мой брат связался с плохими людьми…"

"Сука. Снова надо мной издевается. Я перехватываю ее горло и прижимаю к стене. Глаза стервы распахивается, рот тоже, колено упирается мне в бедро, под пальцами бешено пульсирует вена.

— Ты все-таки подсыпал мне что-то в рюмку, грязный Люци, — выдыхает мне в лицо. — Потому что сейчас мне особенно нравится как ты пахнешь.

Я вижу, как ее влажный розовый язык обводит губы, чувствую, как грудь быстро и часто продавливает мою рубашку. Сжимаю ее шею сильнее, стерва начинает дышать чаще, а улыбается шире.

 Мне нужно, чтобы она перестала. Мой член у нее в горле блестяще справился бы с этой миссией, но мы по-прежнему стоим в коридоре отеля. Поэтому я сдавливаю пальцами ее губы, наслаждаясь тем, как она испуганно ойкает, и проталкиваю между ними язык.

13

Саша

— Тщеславие, — презрительно произносит Люцифер, сверля меня черными глазами. Даже в аду не снимает костюма от Армани. — Водится за тобой такой грех, Александра?

— Что за грех такой дурацкий, блин? — возмущаюсь я.