9
0От остроты ощущений пах на миг сжало болезненным спазмом, а потом всё тело прошил оргазм, настолько сильный и яркий, что несколько секунд у него перед глазами вспыхивали белые, слепящие круги.
Опустошённый, он вытянулся рядом с Эм, обняв её за талию. Губы, словно по инерции, ещё целовали её висок, но веки уже придавило тяжёлой дрёмой.
Сон казался уютной бездной, тёмной и манящей, из которой так не хотелось выныривать. Как давно я так сладко, так крепко не спала! И когда вдруг с трескучим дребезгом заголосил будильник, я вздрогнула и, испуганно вскочив, села в постели, хотя сама же и завела его на десять. А потом увидела рядом Эша, и сердце ухнуло. Всё вчерашнее во сне затянулось пеленой, и в первый миг я глазам своим не поверила. Он! — и тут. Да и вспомнила — всё равно верилось с трудом.
Эш спал на животе, сунув руки под подушку. Я хотела выключить будильник, но тут он, не поднимая головы, не разлепляя век, вскинул руку и, нашарив будильник на тумбочке, сбросил его на пол. И дальше спать. Будильник хрипло взвизгнул и замолк, какая-то металлическая деталь отскочила от его корпуса и укатилась под шкаф. Да уж! Чего церемониться?
И всё же во сне он казался таким беззащитным, что мне безумно захотелось его коснуться. Я провела рукой по чёрным волосам — теперь он стригся коротко и это его взрослило, погладила по тёплой, гладко выбритой щеке. Он улыбнулся, не просыпаясь.
И всё равно мне никак не верилось в происходящее. Всё случилось так неожиданно и стремительно, что даже подумать времени не было. Зато теперь… Ведь он сейчас проснётся и уйдёт, в ту свою жизнь, потому что зачем ему я? Я даже не понимаю, почему он пришёл. У него же там всё так хорошо, так благополучно…
Нет-нет, только не думать об этом сейчас! Пусть ещё немного, пока он здесь, я побуду счастлива.
Хотя сколько себя не уговаривай, а тяжесть на душе никуда не делась, наоборот, становилась всё ощутимее. Ведь у него есть другая! Эта мысль уже несколько дней, с той самой злополучной пятницы разъедает мне сердце. Вчера об этом я не думала, не вспоминала, но сейчас снова стало больно. Я чувствовала жар его тела, ощущала такой пьянящий, мужской запах, и терзалась ещё сильнее. Как же я буду потом? Когда он уйдёт к ней? Ведь ничего не прошло, оказывается. С ним я снова забываю обо всём и очертя голову, с упоением срываюсь в пропасть. И ничего не хочу в такие минуты, только чтобы он был рядом. Он для меня как огонь, которому противостоять я не в силах, хоть и знаю, что это меня погубит.
И я могу тысячу раз сейчас, после утреннего отрезвления, ругать себя и взывать к разуму, оправдываться чем угодно, настраиваться быть сильной и гордой, но, будем честны, повторись вчерашнее снова, и я опять сделаю то же самое. Потому что моё тело и мой разум — предатели, когда он рядом.
