Дунайские волны

Условия содержания в них не так уж и плохи, вы ведь не будете возражать против этого утверждения?

Мы все, не сговариваясь, закивали. Действительно, русские с нами обращались намного лучше, чем мы ожидали. А принц продолжил, уже по-французски:

– Если так будет продолжаться и дальше, то у нас скоро не останется ни армии, ни флота. И я ни на секунду не сомневаюсь, что наши так называемые союзники из вероломного Альбиона поспешат воспользоваться нашими неудачами. Особенно после того, как они оставили наших ребят на берегу, а сами уплыли в Турцию. Причем пообещав забрать всех. Что думаете обо всем этом вы, мои офицеры?

– Мой принц, – сказал я, как старший по званию среди приглашенных, – но согласятся ли русские заключить с нами мир?

– Русские, да, согласятся. Я уже говорил с их императором, и не только с ним. А вот мой кузен на мировую пойдет только тогда, когда наше положение станет полностью безнадежным. Увы, я его слишком хорошо знаю. Альтернатива только одна – отречение его от трона, чтобы новое правительство могло попытаться спасти ситуацию.

Сидящий рядом со мной майор из Лотарингии – я вдруг вспомнил его фамилию, Штенгер – неожиданно произнес:

– Ваше высочество, у вас не меньше прав на императорскую корону, чем у Луи-Наполеона. А то и больше, если то, о чем ходят слухи, правда – что Жером Наполеон не его отец.

– Слухам, майор, не всегда можно верить. Но спасать нашу родину действительно надо. Хотя я никогда не видел себя императором…

– Ваше высочество, – сказал капитан из Мюльхаузена, то ли Дитч, то ли Дайч, – полагаю, что большинство пленных, будь у нас такая возможность, выступили бы вместе с вами.

– Мои друзья, – грустно улыбнулся тот, – такая возможность есть. Тех из нас, кто не совершал военных преступлений, русские согласились немедленно освободить, если мы пообещаем не участвовать в боевых действиях против них. А Пруссия готова пропустить нас через свою территорию, более того, доставить нас на границу с Лотарингией – в основном по железной дороге. Кроме того, и русские, и пруссаки дадут нам оружие – немного устаревшее, но все лучше, чем ничего. Я уверен, что наш отряд начал бы пополняться добровольцами практически сразу после пересечения границы, или, по крайней мере, после того, как мы перейдем в собственно франкоязычные районы.

Я посмотрел на него с удивлением – редко когда французы вспоминают о том, что у нас свой язык и своя культура. А принц продолжал:

– Вы спросите меня, а что они хотят получить от нас взамен? Русские – практически ничего, по крайней мере в Старом Свете, да и в Новом их желания вполне умеренные. А вот пруссаки требуют независимости для Эльзаса и Северной Лотарингии в составе Немецкого союза и под протекторатом Пруссии.