Дунайские волны

Да, если дела пойдут так же успешно, как они шли до сих пор, то к концу нашей экспедиции мы все станем настоящими богачами!

Раннее утро, мелкий дождь вперемешку с угольной пылью, промозглый ветер, серое небо… До свидания, Петербург, город, в который я влюбилась, похоже, навсегда… Еще вчера было солнечно и довольно-таки тепло, ну прямо как в Саванне в январе. А сегодня такое впечатление, что город заплакал от того, что расстается с нами, пусть на время.

Меня провожают мама, Джимми, доктор Лена и несколько других друзей, а также сама великая княгиня Елена Павловна, глава нашей Общины. Папы, понятно, нет – он сейчас в госпитале на Елагином острове, куда его доставили из Копенгагена позавчера вечером. Лена сама его осмотрела и сказала мне, что бояться нечего, и что к моему возвращению его уже выпишут из госпиталя, разумеется, с обеими ногами. Кстати, Лена поселила маму и Джимми у себя в особнячке, сказав, что места у нее много, а с моим отъездом ей иначе будет скучно.

И если родителям и раньше нравилась Россия, то теперь они относятся к моей новой родине с обожанием. Маму и Джимми, по моей просьбе, будет обучать русскому языку все та же Лариса. Кроме того, мама захотела выучиться на сестру милосердия, решив принести хоть какую-нибудь пользу нашей больнице. Но увы, Лена ей сказала, что сначала нужно научиться говорить по-русски, познакомиться с основами химии и биологии – ведь то, чему ее когда-то учили на курсах в Чарльстоне, мама уже успела благополучно позабыть, да и уровень у них был пониже, чем у нас в Саванне. Да и то, чему учили у нас на курсах, по сравнению с русскими школами – вообще детский лепет. Мама обещает сегодня же взяться за учебники, по которым совсем еще недавно училась я. А Джимми станет преподавать вместо меня английский. Не удивлюсь, кстати, если он в процессе познакомится с кем-нибудь из своих студенток. Родители, так я понимаю, теперь не будут иметь ничего против, если он женится на русской.

Ну, а пока моя первоочередная задача – добраться до города со странным названием Херсон, над которым почему-то некоторые русские хихикают, и далее до речного порта с турецким названием Измаил. По дороге – сплошные лекции и практические занятия. С нами едут три студентки-старшекурсницы, которые нам будут преподавать базовый курс знаний. Конечно, кое-чему я уже научилась, но скорее в теории.

Краем уха я услышала, что, возможно, кое-кому из нас позволят отправиться с действующей армией для оказания помощи раненым на поле боя. Меня, увы, не взяли, сказав, что у меня слишком недавно была сломана рука. Но я сделаю все, чтобы все-таки попасть на фронт. Если мой ненаглядный рискует жизнью, то это самое малое, что я могу сделать, чтобы быть достойной его.