1
0"Иман Кальби
Алан. Скажи, что ты моя…
Пролог
Басы бьют по перепонкам. Башка раскалывается. Гребанное похмелье. Не от алкоголя. От Нее… С тех пор, как она подняла на меня свои бесстыжие черные глаза, я пьяный. Ею пьяный. Каждую ночь – угар, каждое утро – жуткое похмелье, которое накатывает с осознанием того, как все это неправильно, нехорошо… Зачем мне это? Куда я иду? На голос своего члена – так бы сказал отец, как всегда любил подкалывать молодых и резвых ребят своей команды бойцов… У него тренерская дисциплина была превыше всего – все остальное – должно было оставаться за пределами октагона. До последнего у меня так получалось. Теперь – нет… С того проклятого дня, как я набивал морду противнику, чье лицо даже не помню, потому что смотрел в это время на нее, сидевшую в первом ряду, закинув небрежно нога на ногу… С тех пор перед глазами стоял только ее дерзкий взгляд – вызов…
Зачем я здесь? Зачем терплю эту бьющую по ноздрям смесь пота, алкоголя и тестостерона? Разве мне этого не хватает на соревнованиях? Зачем все эти дешевые девки вокруг? Ненавижу ночные клубы… Они для тех, кто боится смотреть своим желаниям в глаза без искажения софитов и вспышек светомузыки. Но я знаю, зачем… Я на охоте. И моя жертва передо мной… Вижу, как Она что – то шепчет этому своему козлу на ухо, улыбаясь, а потом, покачивая бедрами, удаляется в уборную, грациозно лавируя по вип – зоне. Следую за ней, пробиваясь сквозь беснующуюся в танце толпу, на входе в туалет сую в руку охраннику купюру, чтоб не мешал. Захожу внутрь…
Приглушенный красный свет, басы остаются притупленными закрытой дверью снаружи. Она стоит у крана и моет руки. Встречается со мной взглядом в отражении и дергается. Вижу, как приоткрываются пухлые губки в немом вскрике. Как расширяются зрачки ее огромных вишен – глаз.
– Вы ошиблись, Вам не сюда… Это женский туалет, – говорит тихо, в глазах страх. Наверное, я сейчас действительно страшен…
Я подхожу вплотную. Чувствую себя голодным зверем перед лакомой добычей. Потому что все эти дни, пока наблюдал за ней, очумел от нее. Одурел. Пропитался ею, как сорокаградусным спиртом…
– Ты права, мне не сюда,– вжимаю в нее свои бедра, вдавливая в белый фаянс раковины, – мне вот сюда… – шепчу, вдыхая ее аромат за ухом и накрывая ее промежность в кожаных брюках рукой.
Бэлла резко дергается, пытаясь вывернуться. Шипит, как дикая кошка, а меня это заводит еще больше. Перед глазами кровавая пелена. Я бы засадил ей прямо здесь. Может тогда это наваждение хоть немного ослабит свою мертвую хватку на моей глотке…
– Пусти меня, урод, – цедит сквозь зубы, а я, дергая ее на себя, прижимаю к своему торсу и хватаю за грудь.
– Сколько? Сколько ты стоишь? – хриплю, сглатывая слюну.
