Что-то не получалось оно у него. Сказать надо было о многом, а слова нужные не приходили. «Может, днем выберу время и напишу. А сейчас пора будить Надю и Риту».
…Рано утром сержанта Лаврова вызвал начальник штаба.
— Вот что, Лавров, — сказал он. — Некоторым подразделениям нужна помощь снайперов. Что от вас требуется? Коротко поясню. Фашисты занимают сейчас заранее подготовленный рубеж обороны. Они хорошо зарылись в землю. И как только артиллерия начинает обрабатывать их передний край, прячутся по щелям, блиндажам. А когда огонь переносится в глубь их обороны, вылезают и бьют по нашей пехоте.
А надо, чтобы они и носа не могли показать из траншеи. И сделать это должны снайпера. Покажите всем: где воробьи берут количеством, соловьи — качеством. Ты понял меня? Бейте без промаха. Цена фашисту — одна пуля. Понял? Но в атаку не ходите. Не ваше дело. Лежите и бейте. Цели выбирать вы умеете. А нужно — командиры рот подскажут. Вот так! Часа через два — два с половиной полк переходит в наступление. Покорми побыстрее девчат, поставь им задачу. У тебя, значит, пять пар. Две пары пошли в первый батальон, две — в третий, а сам останешься на стыке, в подчинении комбата-один.
Передвигаться будете, сообразуясь с обстановкой. Но, повторяю, в атаку вместе с пехотой не ходить.
Поели и собрались девчата довольно скоро. Тут же, около ельника, Лавров посадил их в полукруг, рассказал о задаче, поставленной начальником штаба.
— На что бы мне хотелось обратить ваше внимание? — продолжал сержант. — Сейчас, как придем в подразделения, сразу же выберите удобные позиции, чтобы весь передний край фашистов был виден. Только тогда вы можете быть полезными.
Бейте прежде всего по пулеметным расчетам, наблюдателям, амбразурам дзотов, а в промежутках — по тем, которые высовываются с автоматами из траншей. Надо ослепить фашистов, не дать им возможности вести прицельный огонь. Поскольку цели могут быть разные и на разных расстояниях, заранее рассортируйте патроны. Я, например, сделал так: вот этих, с красной и черной каемочкой на пуле — трассирующих, отобрал побольше и положил их в подсумок, ими чаще всего придется пользоваться. Просто с красным носиком — зажигательных и с черной полоской — бронебойных — поменьше, это, так сказать, патроны спецназначения.
Их положил в другой подсумок. Особо выделил патроны с желтым носиком — тяжелые. Они для целей, которые дальше шестисот метров. Снарядил ими третий подсумок. Это во всех отношениях удобно, чтобы во время боя не стрелять чем попало, а стало быть — и как попало.
Сержант обвел взглядом сидевших. Все спокойны, деловиты, слушают внимательно. В глазах — ни страха, ни тревожного ожидания. Что это? Привычка к опасности? Вряд ли.
0
0
