3
0Мужичок, разносивший подносы на пиру, бросился сломя голову выполнять распоряжение. Нашел кружку и, зачерпнув медовухи, принес старосте. Семён тотчас поднял кружку над головой.
— Попрошу внимания! — призвал он собравшихся.
Разговоры разом стихли. Семён смотрел на Митьку, направляя в его сторону свою кружку с медовухой. Уже изрядно охмелевший рыбачок сообразил, что его кружка пуста. Звать служку не стал, сам плеснул себе медовухи до краев. Поднялся, пошатываясь, вытянул руку с кружкой в ответ.
— Выпьем за наших гостей англичан и славного капитана Мэтью Чарльза! Для Господина Новгорода большая честь помочь Англии. Мы с превеликим удовольствием наладим выгрузку товара с их кораблей и доставим его на наши склады.
Семён снова подмигнул Митьке, которому отчего-то вспомнились слова купца о белом медведе.
Закончив, Семён осушил свою кружку, показал собравшимся, что она пуста, и бросил ее наземь. В этот миг со всех концов площади полилась музыка. Откуда ни возьмись, появились скоморохи, играющие на дудках. Опьяневшая толпа купцов подскочила со скамей. Где-то переворачивали скамьи, вон там наземь полетела недоеденная голова осетра. Упал холодец, тут же растоптанный… Никому до того не было никакого дела — все разгорячились настолько, что без задних мыслей пустились в пляс. Танцевали и его рыбачки, ну а что — в стороне стоять? Включился и Митька, напоследок опрокинув в себя кружку медовухи. Хотелось верить, что отныне такая «жирная» жизнь — его настоящее и будущее. Что он вырвался из нищеты, в которую угодил его отец. До мечты теперь было рукой подать."
"Митька вместе с рыбаками отплясывал, не замечая, как Акинфий и Семён загадочно переглядываются, наблюдая за ним со стороны. Не до того Митьке было! Горячась, танцуя, он подливал медовуху в свою кружку, пустеющую с завидной частотой. Все это было явно лишнее, выпитое уже не по уму, но на то и пир, чтобы оторваться! Потому, когда он наконец выбился из сил и вернулся к своему столу, ноги отказывались слушаться. Картинка окружающего мира распадалась на мириады частичек в его глазах. Наверное, он бы так и воткнулся лицом в холодец да с позором уснул за столом, словно кабацкая портовая пьянь. Но позору этому не суждено было состояться. Перед ним вырос Акинфий, положивший на стол какие-то бумаги и перо, уже в чернилах.
— Ч-ч-то это? — с трудом фокусируя взгляд, спросил Митька
Он поднес бумагу к глазам. Читать и считать он умел, но буквы на бумаге расплывались.
— Сущий пустяк, капитан Мэтью Чарльз, — отмахнулся Акинфий. — Предлагаю скрепить наши договоренности о перевозке груза с кораблей из губы Варзины в Новгород. И об аренде торговых складов на Торге, куда поставят ваш товар. Цена более чем разумная и справедливая.
