2
0Тут же ударило по мозгам. Крепкая, зараза, да и пить он, признаться, толком не умел. Семён наполнил кружки снова и продолжил уминать представленные на столе яства. В отличие от своего гостя, он наслаждался пением о Василии Буслаеве.
Митька чувствовал нарастающее напряжение и оттого накручивал себя. Остальные рыбачки, сидевшие по левую руку от Митьки, прикинувшиеся немцами, не знавшими языка, как и было оговорено, молчали. Зато уплетали за обе щеки, заливая сверху медовухой. Пили купцы во главе с Семёном. Когда певец кончил петь быль, Митька за компанию пропустил четвертую кружку медовухи, чувствуя, что алкоголь притупил волнение. И как раз в этот момент на площадь начали заносить английский товар.
Всего в центр площади вынесли два сундука и одну бочку. Похоже, этого было достаточно, чтобы получить представление о товаре. Семён обернулся к Митьке.
— Открываем?
— Угу…
Староста тотчас распорядился вскрывать сундуки и бочку, дабы явить товар лицом перед собравшимися. Рыбаки затаили дыхание, заерзали в предвкушении и выдохнули лишь тогда, когда купеческий человек открыл первый сундук. В нем лежало отборнейшее, высококачественное сукно. Митька вновь поймал на себе взгляд Семёна — тому явно понравилось увиденное. Следом открыли второй сундук, чуть поменьше, но неимоверно тяжелый — купеческие люди с трудом приволокли его вшестером. Перед глазами собравшихся заблестел металл. Митька присмотрелся внимательнее. В металлах он не то чтобы разбирался, но, по его разумению, в сундуке лежали чушки олова. Среди пирующих разнесся довольный ропот. И сукно, и олово стоили приличных денег на внутреннем рынке Руси. Явно нравилось увиденное купцам. Четверо купцов, с которыми рыбачки делили стол, даже поднялись со своих мест. Подошли к сундуку, наполненному чушками олова, и, так сказать, оценили товар поближе. Староста Акинфий лично достал чушку, осмотрел со всех сторон и, судя по его сияющему лицу, остался крайне удовлетворен увиденным.
Когда пришло пора открывать бочку, не выдержал уже Семён.
— Что там?
— Открывай, увидишь.
Пришлось отбрехиваться, так как, что внутри, рыбаку было неизвестно.
Семён резко встал и сам откупорил бочку. Поднялся Митька, чтобы увидеть содержимое и не попасть впросак на ровном месте. Крышка не сразу, но поддалась, и Митька уловил ноздрями уже знакомый запах вина. Того самого вина, что им приходилось пить ранее в каюте «Доброй Надежды». Только там вино было в бутылках, тут же целый бочонок!
— Любо! Добрый у тебя товар, капитан!
Семён нагнулся над бочкой, обеими ноздрями вдохнул дурманящий аромат, после чего велел купеческим людям вернуть крышку на место.
Следом купец жестом показал, чтобы ему принесли медовухи.
