Время действовать

Зато внимательно осмотрел меня снизу доверху — проверенный, тщательно отработанный способ ставить человека на место. Он в точности знал, чего стоит сам, и знал до тонкости, как надо оценивать других.

Мои ботинки из Рабочей лавки заставили его чуть ли не фыркнуть. На джинсы он наморщил нос. Свежевыглаженную рубашку воспринял как курьез. Но тут лоб его перерезала морщинка размышления: с плеча у меня свисала видавшая виды черная «лейка». Такие случается видеть у людей в баре оперы. А потом просто так: Rolex GMT-Master на моем правом запястье. Он надул губы. Моя персона посылала ему очень противоречивые сигналы. Я мог оказаться какой-нибудь важной фигурой на телевидении. Или, может, даже прислан из еженедельника «События недели».

— Привет, — сказал я, чтобы нарушить тишину.

Его брови приподнялись на несколько миллиметров, как показатель того, что он меня увидел.

— Слушай, я ищу одного чувака, его зовут Ян Нуккер.

Это его не удивило. Ян Нуккер всем был нужен.

— Ну.

— Он ведь живет в этой конуре?

Он долго взвешивал ответ:

— Чего тебе от него надо?

Я оперся локтями о калитку и терпеливо растолковал:

— Об этом я скажу Яну Нуккеру, когда встречусь с Яном Нуккером.

Он понял, что дальше таким манером не продвинется. Тоже наклонился вперед и установил локти на калитку.

— Ян Нуккер — это я, — хвастливо сообщил он.

— Прекрасно, — отозвался я.

Мы вполне могли говорить и здесь, вися на калитке. Его семья, там на лужайке, ввязалась в громкоголосый спор о том, как наказать пристававшего к ним щенка.

— У меня есть друг, Юлиус Боммер. Его позавчера убили.

Ян Нуккер воззрился на меня. Глаза расширились, рот раскрылся.

Нажми на них, сказал Зверь. Без церемоний. Я помахал распечатками у него под носом:

— Имя убийцы тут есть. Я хочу, чтобы ты его отметил.

Теперь оставалось ждать, чтобы Ян Нуккер снова пришел в себя.

На это потребовалось довольно много времени. Глаза его были широко раскрыты, рот разверст в изумлении, а руки беспомощно свисали вдоль калитки.

Первое, что ему удалось вымолвить, было:

— Что за чертовщину ты несешь, а?

Солнце жарко припекало. Я чувствовал усталость. Ночью пришлось долго повозиться.

— Ты что, не слышал? — сказал я. — Или не понял?

— Не понял, — сказал он совершенно серьезно и искренне.

— Юлиус Боммер нашел в этих списках твое имя. Он позвонил тебе. И тогда его убили.

Он уставился на распечатки в моей руке. Потом хотел взять их у меня, но я отвел руку.

— Это же списки нашего персонала, — сказал он раздраженно. — Они конфиденциальные! От кого ты их получил?

— У меня вопрос получше, — сказал я. — Это ты убил Юлиуса Боммера?

Рот у него раскрылся еще раз, пока он взирал на меня. Он выпрямился, но все еще держался за садовую калитку.

— С ума ты сошел, — сказал он негромко.