— Попробовали бы брови выщипывать — кошмар! Обрыдалась вся! Факинг миракл, что глаза не красные. О вас же заботилась, о вашей репутасьон. «Холестерин» такое место, кто только не таскается. Не хватало ещё, чтоб подумали, будто вы замутили с трансвестишкой. Барби-дресс, бровки в ниточку, попсовый макияж — всё ради вас, а вы попёрли, как Буш на Талибан. Подумаешь, на полчаса опоздала. Я ж делом занималась, а не книжку читала!
Нике уже самому было стыдно, что он накинулся на бедную девочку за опоздание.
— Ну ладно, ладно, извини, — сказал Николас.
И Валя, не избалованная комплиментами начальника, моментально утешилась и даже просияла. Развернулась к водителю всем корпусом, похлопала длиннющими ресницами, поправила фальшивый бюст, опёрлась локтем о спинку сиденья.
Страстно проворковала:
— Вот стою я перед вами, простая русская баба."
"Такая в её кругу была мода — к месту и не к месту сыпать цитатами из допотопных советских фильмов. Что привлекательного находят в замшелых соцреалистических поделках эти дети солнца, первые подснежники XXI века? Ведь обычная пропагандистская дребедень.
— Вон там налево, в сайдлейн, — показала Валя, как бы ненароком кладя Николасу руку на плечо.
— Странное название для ресторана. — Фандорин вертел головой, высматривая место для парковки — улица была сплошь заставлена дорогими автомобилями. — Ведь холестерин вреден.
— Зато приятен, — жарко шепнула на ухо чаровница.
Николас строго сказал:
— Так, Валентина. Мы, кажется, раз и навсегда договорились…
— Найн проблем, — отпрянула она.









