Весь твой, только твой эльф

Никакая я не ведьма, но, чтобы вам было спокойнее…

Звук, с которым браслет застегнулся на моем запястье, напоминал щелчок плети и резко ударил по напряженным нервам. С явной неохотой Валонсо последовал моему примеру и тоже запечатал свои способности с помощью артефакта тано.

Я убеждала себя, что выбора нет, что в случае отказа переговоры не состоятся вовсе, и тогда я отправлюсь доживать свой век в компании уродливых орков. Все это я повторяла в мыслях снова и снова, но гнетущее чувство совершенной ошибки не покидало меня ни на миг, как бы я ни взывала к доводам разума.

Выбора нет.

Его нет.

Нельзя возвращаться домой ни с чем.

Второго шанса мне не дадут.

С трудом я подавила желание коснуться медальона на шее, проверить, не порвалась ли держащая его цепочка, на месте ли артефакт, изготовленный придворным заклинателем Аталана.

Шанс выиграть эту битву все еще был. Перед поездкой к дикарям мы предусмотрели любые неожиданности. Золотая подвеска, спрятанная под тканью моей туники, создавала звук, похожий на грохот далекой грозы, — тот самый знак, которого суеверные кочевники ждали от своего божества.

У нас все получится.

Я верну себе благосклонность императрицы и ощущение твердой почвы под ногами.

— Вечером за вами придут, — усмехнулся вождь, и в этой его усмешке, в тоне голоса, в блеске темных глаз мне почудилась затаенная угроза.

* * *

— Ты с ума сошла! — набросился на меня Валонсо, едва мы оказались внутри нашей палатки. — Соглашаться на такое… — Со смесью страха и досады он подергал артефакт на своем запястье. — Мы же теперь полностью беззащитны! А если они задумали дурное?

— С нами охрана, — ответила я, пытаясь унять дрожь в голосе, но тщетно.

Из Аталана мы выехали не одни, а с вооруженной свитой, которая сейчас расположилась на краю стойбища под временными навесами из шкур и жердей.

— У них забрали все оружие! — выл Валонсо, хрустя суставами пальцев. Браслеты на его руках отливали зловещим металлическим блеском, выпуклые надписи напоминали узоры.

— Там такие медведи, что и без меча кого угодно растерзают в клочья, — старалась успокоить я его. — Разорвут пополам голыми руками.

— Нет, нет, нет, — мотал головой мой фальшивый жених. — Нельзя было идти у них на поводу. Это слишком опасно.

Отказаться? Ехать домой?

Легко ему говорить. Его будущее не зависит от исхода переговоров. За успех миссии отвечаю я. Это с меня спросят за неудачу.

Забившись в угол палатки, Валонсо горестно причитал, а я слушала его завывания и закипала от бешенства. Я злилась и на этого капризного тюфяка, действующего мне на нервы своим нытьем, и на эгоиста Алари, из-за которого попала в эту ужасную передрягу, и на саму себя, растерянную и напуганную.

Время до вечера тянулось резиной.