Весь твой, только твой эльф

Сегодня решалось мое будущее — останусь я при дворе, обласканная милостью императрицы, или отправлюсь в зловонную клоаку на краю наших земель — любоваться зелеными мордами орков.

Валонсо отложил расческу в сторону и на полусогнутых двинулся к выходу из палатки. Из затхлого полумрака мы выскользнули на свет полуденного солнца. Первые лучи ослепили. Я зажмурилась и даже прикрыла лицо козырьком ладони.

— За мной, — бросил бугай с хмурой рожей.

Мелкие камешки заскрипели под ногами. Тени плыли по земле, алой, как рана во вспоротом брюхе.

Под ложечкой продолжало сосать.

Казалось, грядет что-то страшное, жуткое — неотвратимая катастрофа, и я иду в ее тени, до краев переполненная дурным предчувствием.

В поисках поддержки я оглянулась на Валонсо. Друг тяжело дышал, вытирая кружевным платком испарину со лба. Ужасно хотелось, чтобы рядом был кто-то надежный, чей уверенный вид помог бы мне успокоиться, но Валонсо напоминал тех изнеженных придворных девиц, что все время носили на шее нюхательную соль и при любой возможности падали в обморок. Этот мужчина не был мне опорой.

«А кое-кто был, — шепнул предательский голосок внутри моей головы.

— С ним можно было вообще ни о чем не волноваться».

Глупости.

Я фыркнула, злясь на саму себя.

И невольно представила, что Алари идет рядом.

Плечи расслабились. Спазм, сдавивший горло, разжал стальные тиски.

Старейшины ждали нас у костра, в месте, свободном от палаток, — своеобразном подобии площади. Вождь, шаман, самая старая женщина племени и бывший главный охотник, в силу возраста уже не способный держать ни лук, ни меч, устроились на земле, на расшитых подушках.

Шаман — мужчина в татуировках, весь увешанный ожерельями из звериных зубов, когтей, перьев птиц, засушенных трав, бросал что-то в огонь, и тот вспыхивал то алым, то синим, окрашивая лица сидящих перед ним в неестественные цвета.

Минут пять мы с Валонсо ждали, пока на нас обратят внимание, затем вождь заговорил, да с таким видом, будто делал нам великое одолжение.

— Мы знаем, зачем вы здесь. Явились выведать наш секрет. Где растут те травы, что опаснее тысячи стрел. Те, с которыми войну можно выиграть, не пролив ни капли крови. Растолки их в порошок, смешай кое с чем, направь по ветру на вражеское войско — и вот уже не армия перед тобой, а храпящая толпа.

Хочешь — убивай. Хочешь — бери в плен. Кто откажется от таких чудесных травок? Но мало знать, где они растут. Надо еще уметь превращать их в оружие. Рассказать? Показать? Проводить? Но что нам за это будет? Что вы готовы предложить в обмен на наши знания?

— Золото. Сталь. Меха. Союз. Назовите свою цену.

Старейшины наклонились друг к другу, совещаясь, а у меня воздух комом застрял в горле, и колени превратились в мягкую глину.