Простые домашние разговоры, не о делах и не о политике, не о счетах в банках и не об интригах конкурентов, не о происках Центризбиркома и не о стратегии предвыборной борьбы и не о встречах с нужными людьми. А просто о жизни. О жизни вообще. И как, оказывается, хорошо сидеть на кухне в приятном полумраке, когда яркое световое пятно падает только на стол перед тобой, а не в вычурной нарядной комнате.
Все это было вчера, в субботу. Ночь Сергей Николаевич Березин провел без сна, лишь слегка задремал часов в пять, но в шесть уже окончательно проснулся и понял, что не может больше лежать.
Нужно встать и занять себя чем-нибудь, иначе он сойдет с ума. Сегодня все решится. В восемь часов откроются избирательные участки, и до десяти вечера не будет ему покоя. А потом останется только ждать, когда вскроют урны, подсчитают бюллетени. И сделать уже ничего нельзя, нельзя укрепить свои позиции, сделать какое-нибудь важное заявление, провести благотворительную акцию. Именно сейчас, когда сделать уже ничего нельзя, в голову полезли мысли о том, как много осталось несделанным во время предвыборной кампании, как много возможностей упущено, как много ошибок совершено.
Стараясь не шуметь, он на цыпочках прошел в ванную, принял душ, вымыл голову, почистил зубы, побрился и вышел на кухню. Ира вчера перед тем, как идти спать, вымыла посуду и все убрала, и на столе сиротливо лежала последняя ватрушка, заботливо положенная на блюдечко и накрытая салфеткой. Березин вскипятил воду, но кофейные зерна молоть не стал, боялся, что жужжание кофемолки разбудит Ирину – комната, где она спала, находилась рядом с кухней. Сделал растворимый кофе, сжевал холодную и потерявшую воздушность ватрушку.
В голову ему пришла совершенно неожиданная мысль сделать что-нибудь приятное для Ирины. Но что? Березин огляделся в поисках какого-нибудь непорядка, который можно было бы ликвидировать, к ее удовольствию, например, что-нибудь сломанное или испорченное. Он же точно помнил, что миксер был неисправен еще три месяца назад, а на карнизе сломались и застряли в пазах два крючка, из-за чего задергивание штор на кухне превратилось в поистине нерешаемую проблему. Еще Березин помнил, что в духовке не работало освещение, а ножи были тупыми.
Но, к его удивлению, миксер исправно работал, со шторами не было никаких проблем, крючки легко скользили в пазах во всех направлениях и нигде не застревали, свет в духовке горел, а ножи были острыми как бритва. За четыре дня, проведенных Ириной здесь после возвращения из санатория, она успела все сделать и починить, хотя совершенно непонятно, как ей это удалось.
Тогда Сергей Николаевич решил проехаться до круглосуточно работающего гастронома и купить Ирине к завтраку что-нибудь необычное.
10
0
