В глубине Великого Кристалла. Все произведения цикла

А когда оборачивалась к Егору Николаевичу, лицо её озаря­лось светской улыбкой и делалось даже симпатичным.

– Извините, профессор! Столько хлопот из-за этого разбойника! Ну ничего, на сей раз терпение моё истощи­лось. Проходите, пожалуйста, в дом, я быстренько разбе­русь с этим юным уголовником и запру его до прихода ро­дителей. А вас угощу чаем с клубникой. Или кофе?

– Благодарствую, – столь же светски отвечал Егор Николаевич Телега. – Не стоит беспокоиться. А что каса­ется разбора с вашим славным, хотя и чересчур предпри­имчивым, племянником, то я хотел бы подметить одно огор­чившее меня обстоятельство…

– Только одно?! – Тётушка Золя всплеснула руками, причем Пека наконец увидел, что она держала за спиной.

И перепуганно понял, что из-за всех переживаний забыл спасительное заклинание."

"– Только одно?! – патетически повторила Изольда Ев­геньевна. – Да это чудовище сплошь состоит из огорчи­тельных обстоятельств!.. Марш в дом, рецидивист, и имей в виду, что сейчас ты уже не отвертишься. Будет тебе не только за сегодняшнее, но и за ночные приключения, и за таз, и за весенние двойки, и за немытую шею, и за всё-всё-всё…

Пека побрёл и скрылся за дверью.

Видимо, понял, что теперь и правда от судьбы не уйдёшь. А профессор отметил про себя, что брызжущие негодованием глаза Пекиной тё­тушки блестят вполне молодо и есть в них немалая жен­ская привлекательность…

– Гм, я не знаю вашего племянника так всесторонне, чтобы судить безошибочно, однако полагаю, что он не ли­шён многих положительных качеств. Но грамотность его… вернее, всякое отсутствие таковой произвело на меня гне­тущее впечатление. А поскольку я за него поручился и в какой-то мере взял ответственность за его воспитание, то прошу позволения заняться с ним грамматикой.

Уверяю вас, несколько уроков по часу в день заметно повысят в мальчике чувство языка. Я располагаю методикой, которая…

– О, профессор! Это настолько неожиданно и чудесно, что я не смею верить… Но для вас это столько хлопот!

– Ни в малейшей степени. Наоборот, я испытаю новый метод ускоренного обучения, что полезно для моей работы…

– Благодарю вас! – расцвела Изольда Евгеньевна. – Однако полагаю, что вначале следует применить мой ме­тод, поскольку уже обещано.

Не правда ли?

– Ни в коем случае. Это повлияет на усидчивость уче­ника. Лучше где-нибудь через час пришлите его ко мне для первого занятия.

Вскоре профессор шагал домой, крайне довольный исхо­дом дела. Во-первых, он спас непутёвого мальчишку от из­лишне ретивого Кутузкина. Во-вторых, избавил его от тё­тушкиной воспитательной процедуры. В-третьих, есть возможность совершить ещё одно доброе дело: научить Пе­ку Тонколука грамоте, поскольку школа на это, видимо, совершенно не способна.