8
0
Нужно будет продолжить ночью, после того, как уложу дочку, иначе, пропущу много интересного.
Мы полдничаем, а потом Веруня просит пойти гулять. Я лишь вздыхаю.
Понимаю, что ребенку нужен свежий воздух. Хорошая прогулка и мне не помешает, тем более, что парк через дорогу.
Но мне страшно.
Мне очень жаль, что из-за происходящего вокруг нас, мы вынуждены сидеть в четырех стенах. То в машине, то в помещении отделения травматологии, где ребенку вообще-то совсем не место. В квартире, конечно, намного лучше, но все равно, если безвылазно, это не идеальный вариант. Особенно, когда ты привык проводить на свежем воздухе не менее трех-четырех часов в день.
Но я делаю выбор в пользу безопасности.
Ничего страшного, посидим дома. И не мне жаловаться на что-то. Главное, мы вместе, а временные неудобства как-нибудь переживем.
Мои размышления прерывает звонок Сергиевского."
"— Женечка, ну что? Вы обещали дать мне ответ. Все одобрили мое приглашение погостить в моем особняке единогласно. Михаил и Дмитрий Федорович уже выезжают, а вас когда ждать? Предлагаю вам приехать сегодня.
Точно, как я могла забыть.
— Я…минуту, Борис Натанович.
Тут же пишу сообщение Бергману. Получаю ответ, что он заедет за мной в восемь. То есть через два часа.
— Что ж, хорошо, — говорю банкиру, — мы приедем сегодня. Но чуть позже, примерно к девяти.
— Отлично.
— Поедем сейчас в гости, — говорю Веруне после завершения разговора, — там и погуляем. Судя по рассказам, там очень большой участок перед домом.
— Хасо, — кивает дочка.
А еще в доме будет полно народа и мы с Бергманом не сможем остаться наедине.
Это вдвойне хорошо, потому что я еще не уверена, что готова к чему-то большему с ним, чем простое общение. А если судить по тому желанию, что проскользнуло во взгляде Давида вчера, когда мы сидели на диване, он не исключает возможности нашей близости даже в таких непростых условиях.
Веруня, конечно же, не догадывается о моих мыслях. Пользуясь тем, что я отвлеклась, дочка добирается до моих волос и с визгом накидывается на них сзади. Начинает растрепывать и довольно смеяться.
— Ах ты, мелкая хулиганка!
Валю хитрулю на кровать и начинаю щекотать, а потом делаю вид, что сейчас забодаю.
У меня очень грозный вид в этот момент, но дочка заливается еще больше. Она, конечно, же знает эту игру и то, что сейчас я не удержусь и начну ее расцеловывать.
Мы возимся так несколько минут.
Наконец, я поднимаюсь с кровати и усаживаю дочку ровно.
— Все, Верунь, пойдем собираться. Давид скоро за нами заедет и к этому моменту мы с тобой должны быть полностью готовы.
Два часа пролетают незаметно.
