0
0Все-таки определенная репутация в больнице у меня уже была.
Она молча открыла шкаф и достала запечатанный пакет.
— Вам помочь?
— Да, пожалуйста. И еще — подготовьте систему с физраствором и пятипроцентной глюкозой. Литр того, литр другого. Будем вливать струйно.
Она не спросила, зачем глюкоза при нормальном сахаре.
Умная женщина. Она поняла, что я делаю. Глюкоза не только источник энергии для истощенного организма. В критическом состоянии она помогает загнать калий обратно в клетки, снижая его уровень в крови.
Я не могу ввести гормоны, но я могу начать бороться с главным убийцей при Аддисоническом кризе — гиперкалиемией. Попытка выиграть время.
Взяв набор, я направился обратно в палату Бельского. Татьяна Павловна, с двумя литровыми пакетами растворов, последовала за мной. Я не отступил. Я просто сменил тактику.
Вернулся в палату. Бельский лежал на спине, его дыхание было поверхностным и частым. Кожа покрыта холодным, липким потом. Картина декомпенсированного шока. Еще немного — и начнется агония, а за ней — остановка сердца.
— Кирилл Степанович, — обратился я к пациенту, мой голос был спокойным и уверенным. — Сейчас я поставлю вам центральный катетер в вену на шее. Это может быть неприятно, но необходимо для вашего спасения.
— Делайте… что хотите… — прохрипел он. — Только… помогите…
Татьяна Павловна уже развернула стерильный стол, раскладывая инструменты. Я быстро обработал руки, надел стерильные перчатки.
Подключичный доступ по Сельдингеру.
Сотни, если не тысячи раз делал это в прошлой жизни. Но там были УЗИ-навигация, рентген-контроль после установки. А здесь — только анатомические ориентиры и опыт. Чистая, олдскульная хирургия.
Право на ошибку — ноль.
Фырк забрался на спинку кровати, с любопытством наблюдая за моими приготовлениями.
— Эй, осторожнее там со своей иголкой! — пропищал он мысленно. — Там же рядом легкое! Проткнешь — будет пневмоторакс! И тогда точно конец!
— Знаю, — мысленно ответил я. — Поэтому и выбрал правую сторону — купол плевры здесь ниже. Меньше риск.
Я пропальпировал ключицу, нашел точку — граница средней и внутренней трети. Вот она, ямка. Обработал кожу антисептиком. Местная анестезия — два процента лидокаина. Сначала «лимонная корочка», потом игла глубже.
— Глубокий вдох и задержите дыхание! — скомандовал я пациенту.
Я ввел иглу под углом тридцать градусов к коже, направляя ее кончик точно к яремной вырезке. Медленно тянул поршень шприца на себя, создавая вакуум…
Почувствовал характерный «провал».
Есть! Темная венозная кровь густой струей хлынула в шприц. Попал с первой попытки.
Теперь главное — не потерять доступ."
"По игле провел гибкий металлический проводник. Извлек иглу. По проводнику — сам катетер. Все четко, без единого лишнего движения.
