50
0"
"Когда следующим утром после Дня открытых дверей я опять приехала без Аарона, то ждала, что в меня безо всякого повода будут тыкать пальцем и шептаться за спиной. Однако пробило пять часов (я весь день промучилась, мечтая увидеть Аарона и в то же время шарахаясь от его кабинета) – и ничего. Никто из коллег в мою сторону даже не посмотрел. Никаких сплетен, мерзких домыслов.
И никакого Аарона.
На третий день во мне поселилась тревога. Я скучала по Аарону. Скучала по тому, что могло у нас быть, и это чувство пересиливало страхи. Уже не радовало, что выступление Джеральда не заставило коллег переменить ко мне отношение.
Я скучала по Аарону. По глубоким синим глазам, по упрямому хмурому взгляду, по поджатым губам, когда он уходит в свои мысли, по широкой линии плеч, по тому, как легко и уверенно он держится, невзирая на рост и габариты. По его тайной улыбке, которую видела я одна.
Я скучала так сильно, что открыла дверь кабинета и дергалась весь день, прислушиваясь к его шагам. Мечтала услышать голос хоть издали и немного утолить тоску, нывшую в груди.
На четвертый день я сдалась и постучала в дверь его кабинета. Мне не ответили. Я спросила Рози, видела ли она Аарона; та обняла меня и сказала, что нет. Гектор – тоже, как и другие коллеги, которых я отважилась спросить.
В конце концов, я оказалась здесь – в коридоре, нервно расхаживая из угла в угол, ожидая, когда Шерон соизволит меня принять. Дома я тоже всю ночь мерила ковер шагами. Аарон исчез. Я злилась, потому что не знала, куда он делся, не имела возможности увидеть его и даже не находила повода позвонить и спросить: после нашего последнего разговора он вряд ли горел желанием общаться.
– Лина, дорогая, – окликнула меня Шерон, выглядывая из кабинета. – Заходи, пожалуйста. Садись.
Я зашла вслед за ней и плюхнулась на стул. Шерон села в свое кресло и с понимающей улыбкой склонилась над столом.
– Прости, что заставила ждать. Ты же знаешь, многие думают, будто в отделе кадров знают ответы на все вопросы. – Она горько усмехнулась. – Даже, например, когда городской совет Нью-Йорка соизволит отремонтировать дорогу у них под окнами.
В другой раз я рассмеялась бы вместе с ней. Может, пошутила бы о том, что в городе, который никогда не спит, выживают только сильнейшие – и они нарочно перекрывают соперникам путь. Сегодня я не могла собраться с мыслями.
– Думаю, ради такого можно и потерпеть.
Шерон пристально глянула на меня и как будто смягчилась. Не знаю, что именно она увидела и поняла.
– Ладно. Давай ближе к делу.
Отлично. Я только за. Этим Шерон мне и нравилась – тем, что не любит ходить вокруг да около.
