\

Ей сохраняется жизнь! А в качестве наказания она проведет все дни празднества, посвященного объявлению Юма империей, в железной клетке на этой площади, славя нашего правителя!

Тут с клетки за веревку сдернули закрывавшую ее ткань, и все увидели стоявшую, вцепившись в прутья, Мелиссу, которая тут же начала во весь голос кричать: «Слава справедливому императору Ричарду Первому! Слава милостивой императрице Изабелле!».

«Милостивая» удовлетворенно улыбнулась и вернулась на свой трон, предварительно обведя таким взглядом трибуну, на которой сидели аристократы, что те, уверен, вспотели и все свои грехи, которые еще даже совершить не успели, припомнили.

Эх, Изабелла, Изабелла, ну, кто же так милосердие изображает? А потом еще обижаешься и удивляешься, что тебя боятся больше чем меня. Как-никак официально объявленного злым темным магом. Да я просто душка по сравнению с тобой. Лучше бы мы махнулись местами. Я — милосердие, а ты — суровая справедливость. Увы, но по штатному расписанию такое не положено. Ролями тут меняться нельзя.

— Хорошо все прошло, — устало проговорила Изабелла, раздеваясь в моей спальне поздним вечером этого долгого и утомительного дня.

В результате мы исполнили сразу две программы — попурри и ассорти. Если кто не помнит, то заключаются они в том, что в первой части я делаю с Изабеллой все, что только приходит в голову, и без перерывов на отдых, а во второй инициатива переходит к жене.

— Не замерзнет она там у тебя? — спросил я, имея в виду Мелиссу, когда мы после первой половины нашего марафона растянулись рядом, переводя дух.

— Нет, — небрежно ответила девушка. — Там и обогревающий артефакт, и под утро, когда все спят, я приказала спускать ее ненадолго вниз, натирать гусиным жиром, чтобы не замерзла (представляю, как от нее нести будет к концу празднеств), кормить и давать настойку, чтобы голос не осип. Ей там еще пять дней кукарекать все-таки, — она хихикнула.

"Глава 38

Мелисса

Я бы, признаюсь, не стал возражать, если бы Изабелла настаивала на смертной казни для Мелиссы. И сам собирался именно так и поступить. Ведь что эта стерва сделала? Она мне весь Юм чуть на уши не поставила, а в завершение едва Изабеллу не убила.

Явившись раньше времени в Юм — не к началу зимы, как я ей говорил, а в середине осени, она сразу начала завоевывать всеобщую симпатию и дружбу.