\

— У меня, как ты знаешь, было, и пока еще есть, десять мужей, — Диана заметила, как смущена теперь этим фактом, еще недавно вызывавшим у нее законную гордость, тетушка. — А мне после того, как твой муж (называть его Ричардом Алира тоже теперь почему-то стеснялась, видимо, помня, как вела себя в прошлом в его присутствии) снял с меня закладку, я чувствую, что по-настоящему привязана только к трем. Ну, может быть, к четырем из них. Что будут делать остальные? И так ведь не только у меня происходит. У нас скоро будут тысячи неприкаянных, лишенных женской ласки мужчин-воинов.

Что они будут делать? Подумай об этом.

И Диана думала. Этих мужчин она понимала, как никто. С тех пор, как Ричард отправил ее в качестве королевы, чем она сначала гордилась, и о чем теперь иногда сожалела, создавать Новый Драур, она тоже была лишена ласки. Мужской ласки собственного мужа, которого только недавно по-настоящему полюбила.

Надежда, что он навестит ее в ее новых владениях, рухнула, когда стало известно, что Ричард срочно отправился к оборотням. Тоже давним врагам дроу. Чтобы их спасти.

Интересно у него все получается, думала Диана, и очень необычно.

Он как-то умудряется примирять между собой тех, кто враждовал веками. Меня и Элениэль, например. А теперь еще и оборотница Амельда в нашу семью войдет. И ведь, не сомневаюсь, что будем жить вполне дружно. Та же Элениэль только что, командуя воинами-дроу, разгромила армию королевства Достер. И теперь в Новом Драуре ее воспринимают не как извечного врага, а как свою."

"Наконец, из Юмиле прискакал гонец, призывающий девушку в замок, куда только что вернулся Великий герцог, и Диана сразу же устремилась вслед за Элениэль, уехавшей в столицу накануне, чтобы доставить туда ценных пленников и главное — сразу две захваченные ею короны Достера — короля и королевы.

Король был убит, а вот королева как раз и была одной из особо важных пленниц. Впрочем, скорее всего, по глупости увязавшуюся за своим мужем на войну девушку уже можно считать бывшей королевой, думала Диана, поторапливая свою свиту.

Увы, но радость от долгожданной встречи с мужем несколько омрачило решение старшей жены Изабеллы, которая в свойственной ей властной манере взялась распределять, кто из жен Великого герцога станет следующей матерью его ребенка.

Выбор был сделан в пользу Элениэль. С его правильностью Диана была согласна, но ничего поделать со своим огорчением не могла.

Ничего, подожду еще год, успокаивала она себя, стоя на верхней площадке башни и невольно представляя, как счастлива сейчас Элениэль, проведшая прошлую ночь с их общим мужем.

— Кому грустим и по какой причине? — услышала она вдруг за спиной веселый голос Ричарда, который незаметно подошел сзади и теперь обнимал ее за талию.