8
0
— Мне жаль… — прошептала я, понимая, что стоило раньше рассказать о своих догадках. Возможно, тем самым я бы уберегла Катюшу. — Я собиралась поговорить с тобой, но не успела… Прости… — Слова вырвались против моей воли. Наверное, все дело в чувстве вины, которое было для меня, наверное, неподъемным.
— Ты не виновата…
Я ожидала чего угодно — что Мороз начнет меня гнобить, наказывать, или будет цинично высмеивать. Но только не этих слов. Потому что в них сквозила боль. Наверное, не подслушай я тогда его откровения в детской, я бы не заметила этого.
Но я слышала. И теперь могла уловить эти мимолетные эмоции, которые мужчина тщательно скрывал.
Он сел на край постели со странным задумчивым видом. Будто мыслями был где-то далеко, а не здесь, в моей спальне. И в этом я убедилась, как только Герман взял прядь моих волос и зачем-то намотал на пальцы, а затем пропустил сквозь них.
В последнее время между нами установилось негласное перемирие. Так что я уже не так сильно напрягалась рядом с ним. Но все-таки до этого дня я ни разу не видела его в таком состоянии.
Поэтому боялась даже вздохнуть лишний раз, чтобы не спугнуть это странное мгновение. Но все имеет свойство заканчиваться.
Взгляд Герман стал привычно равнодушным, а сам он отстранился и отпустил мои волосы.
— Отдыхай. Обед тебе принесут. Если захочешь — и ужин тоже.
И ушел. Я же так и не поняла, что это такое было сейчас.
В обед мне и правда принесли поднос с едой. И если поначалу аппетита у меня не было, то постепенно выяснилось, что вообще-то я проголодалась. И сама не заметила, как все съела. А потом еще и заснула чуть не до самого вечера.
У меня был выбор — отсиживаться и дальше или же попытаться перебороть свой страх, который подспудно появился у меня после уже второго инцидента.
И так как в целом я чувствовала себя уже гораздо лучше, решила не сидеть взаперти. Тем более что мне хотелось навестить Катю и убедиться, что все так, как и сказал Герман. Но не успела я выйти в коридор, как меня настиг охранник и сообщил, что если я желаю, то хозяин дома ждет меня на ужин в столовой.
Можно было бы заупрямиться и отказаться, но к чему? Характер у Мороза был непростой, тяжелый. Лишние пикировки с ним были ни к чему. Особенно, если учесть, что до того, как все это случилось, я хотела поговорить с ним о том, чтобы он отпустил меня, разорвав наше соглашение.
Поэтому я решила не лезть на рожон, а побыть послушной девочкой. В конце концов, к малышке можно сходить и после ужина.
А когда вошла в столовую, то тут же наткнулась на тяжелый взгляд Германа. И на мгновение мне показалось, что в нем промелькнуло облегчение. Да ладно? Он правда ждал меня?
Странное предчувствие появилось в груди, и я робко, попытавшись улыбнуться, прошла к столу.
