Невинная для бандита

И только благодаря ему Есения осталась жива, а Катя не получила воспаление легких. Хотя кто знает, чем еще обернется “забота” Ирины Витальевны, которую оперативно заперли, предварительно связав по рукам и ногам.

И сейчас, когда стоял напротив нее, меня разрывало на части от желания не просто наказать — растерзать за то, что она посмела вредить Кате, посмела попытаться избавиться от Сени.

— Я не боюсь вас, Герман Николаевич, — устало произнесла она, глядя в сторону.

— Уверены? — криво ухмыльнулся я. — Мне нужны ответы. И я их получу.

— Пытать будете?

— Если потребуется.

Он все же повернулась ко мне.

— Думаете, я этого боюсь? Я старая больная женщина. Моя жизнь и так уже клонилась к закату.

— А кто говорит о вас, Ирина Витальевна. У вас же есть дети, внуки… — При этом она побледнела и поджала губы.

— Тогда вы опоздали. Потому что они уже у вашего врага. Мне нечего терять.

Вот такого расклада я не предусмотрел. Твою же мать! Сука! Роберт оказался куда расторопнее меня.

— Первый приступ. Это было подстроено? — жестко произнес я, понимая, что еще немного, и попросту потеряю контроль.

Бывшая няня покачала головой.

— Нет. Но именно в больнице мне и поступило предложение, отказаться от которого я не смогла.

— Как это было?

— Мне передали одноразовый телефон, а дальше он просто зазвонил.

— Что от вас требовалось? Убить Катю? Выкрасть? Сдать коды?

— Ничего такого. Никаких резких проблем или случайностей. Я должна была плохо заботиться о ребенке, хуже одевать, хуже кормить. Не соблюдать правил предосторожности.

Внутри противно сжалось. Блядь… Сколько же это продолжалось?! Сколько!? А я ведь даже не заметил ничего, и если бы не Есения…

— Для чего? — едва сдерживаясь, спросил я.

— Мне не объяснили. Только сказали, что либо я делаю это, либо моя дочь и внуки отправятся на продажу к богатым извращенцам.

Я задыхался. Мне физически было сложно смотреть на эту женщину. Умом я понимал, что для нее ценность своих детей куда выше, чем чужой ребенок. Но вместе с тем зверь рвался наружу и требовал возмездия.

— Что произошло в ванной?

— Ваша любовница пришла, когда я купала Катю. Она заметила, что та сидела в холодной воде и попыталась забрать девочку. Я постаралась ей помешать.

— Почему?

Ирина Витальевна снова посмотрела на меня. И это был взгляд смертника. Она не могла не понимать, что последует за этим, но все равно пошла на такое.

— Потому что иначе моя семья пострадает.

— Покой родных стоит издевательств над полугодовалым ребенком? — заревел я, все же срываясь. — Она же даже защититься не могла!

Пленница лишь горько усмехнулась.

— Это ваш мир, Герман Николаевич. Вы сами виноваты, что у вас такие враги. Я делала то, что считала нужным, чтобы защитить свою семью.