37
0Скажешь ей что-то такое, чтобы у неё не было сомнений, неловкости и опасений.
Что?
Что влюблён…
Ну а по телефону-то зачем?
Потому что, в глаза ты не скажешь. Скажешь — ""хочунемогу"". А она ещё совсем девчонка, ей твои ""хочу""…
Черт!
Ухожу.
Спать хочется до головной боли. Боли… Меня накрыло от вчерашних ласк, как будто в первый мой раз. Я так долго не ощущал полноценно. И я очень надеюсь, что это не временно. Прислушиваясь к болезненным ощущениям, ложусь раскалённой щекой на холодный стол.
Сотрясение, алкоголь и недосып — страшный микс. Закрываю глаза.
— Богдан, Брагин отчёт требует за декабрь, — слышу над головой баритон Медведева.
Не открывая глаз и не поднимая, головы, выдвигаю второй ящик в столе. На ощупь достаю файлик. Не глядя протягиваю.
— Здесь всё есть, добавь своё, посади Кролькова напечатать общий. Потом обязательно перечитай.
— Хреново, капитан?
— Угу.
— Пил с утра?
— Нет.
— Ну а что ж ты тогда хотел? — ржут мужики.
Оболдуи…
Только отрубаюсь на мгновение под тихий ржач и стёб оперов, опять кто-то будит.
— Касьянов, там дежурка привезла ""пациента"", — Крольков.
— А я то чего? Допросите…
— По твоему делу подозреваемый.
— М. Пусть в пытошной ждёт, — бормочу сонно. — Заплечных дел мастер почивать изволит.
— Пусть в комнату допросов отведут… — слышу словно издали.
— Медведев, беги… — голос Айдарова.
Он-то что здесь делает? Прокуратура сегодня еще отдыхает вроде бы.
— А чего опять?
— Брагину снова твою пьяную объяснительную кто-то слил, по внутренней сети даже у нас в прокуратуре ходит. ""В ходе допроса, сотрудниками полиции были представлены обвиняемому неопровержимые доказательства, в результате чего у него от волнения пошла носом кровь, выпало два зуба, сломалось ребро…""
Хохот.
— Медведев, ну ты как пацан! Тебе прошлого года мало? Оо… — хватаюсь за голову. — Щелкните чайником. А то сейчас Брагин орать придёт, а у меня голова не готова.
Пожимаю руку Айдарова.
— Не выспался, капитан? — ехидненько подкалывает. — Няня, поди, не дала?
Не дала, ага… Не выспаться, не в принципе. Надеюсь, отсыпается за двоих. Не звонит что-то…
— Лобов до прокуратуры не дошёл? — негромко уточняю я.
— Пока нет.
— Может его благоверная прибила?
Твои б слова…
— Медведев, там твой тесть не планирует на место начальника-то вернуться?
— Нет, он уже с концами на пенсию, по состоянию здоровья.
— Хороший был полкан! — вздыхает Айдаров. — Кто бы год назад мне сказал, что я добрым словом полковника Тихонова вспоминать буду… В морду бы дал. Но всё в сравнении!..
В сравнении с кем угодно Лобов проигрывает. Ибо — мразь. А Тихонов, говорят, хоть и самодурил, но контекст не терял. Честный был мент.
Дверь нашего кабинета открывается.
