37
0
И с ужасом понимаю, что если он немного надавит на меня. В прямом смысле этого слова, то может сделать всё что угодно!
Я как будто не в себе…
Это нечестно!
Выкручиваюсь, садясь на колени.
И глядя в его горящие хищные глаза, я понимаю, что это вопрос времени. Вечер — долгий. Богдан — упёртый. Я — тряпка. Мокрая.
Мной можно вытереть его рельефный торс. Никогда не думала, что окажусь столь нестойкой.
Его ресницы медленно смыкаются. И он совсем не ""держит лицо"", плавясь и млея. Это от меня? За это маленькое откровение, я готова это лицо целовать. И, возможно, так бы и делала, если бы не откровенно выпирающая ширинка на его штанах.
Если нет, то этот хищник меня сожрет!
Аааа… Паника-паника…
Когда-то ты должна лишиться невинности, Ася!
Чем плох Богдан?
Хорош. Всем. Но…
Но немного плоха я! Ну не готовила меня к такому жизнь. Ни парня, ни шалостей не было. А тут вот, получите, распишитесь сразу настоящий член внутрь.
Как-то… Что-то… Я прямо не знаю!
Или — пусть?
Или — нет?
Или — что?
Богдан, вставая также на колени, дотягивается до бутылки вина. Делает из горла глоток.
Я трусливая розовая зайчиха, это факт! Если уж заодно я и безвольная тряпка, и меня сожрут, то винишко мне точно не помешает. Много-много винишка.
Забираю бутылку у него из рук. Зажмуриваясь делаю сразу много глотков.
— Воу-воу…
Отлипаю от горлышка.
— Разрядить, да? — мямлю я.
Богдан тяжело сглатывает, улыбка стекает с лица. Его плечи передергивает. Возбуждённо шипит.
Так… Мне надо ещё!
Отдышавшись, изрядно прикладываюсь снова.
Пьяненько облизываю сладкие губы. Перевожу взгляд на его ширинку.
— Ну и что там? — осмелев выдаю я.
— Достать из широких штанин? — смеётся Богдан, отбирая бутылку с вином. — Паспорт, в смысле, на изделие.
— А?
— Примерно так, — подмигивает он.
Закрывает большим пальцем горлышко. Трясёт бутылку, глядя мне в глаза.
— И… Бах! — убирает палец, направляя горлышко мне на живот.
Взвизгнув, сжимаюсь от потока прохладной пены на мой живот. Шокированно наблюдаю, как она течёт вниз… Тонкие штанишки и трусики — насквозь.
— Доходчиво? — самодовольно.
— Эм…
— Давай-ка снимем мокрое… — тянет мои штаны с трусиками вниз.
Хватаю растерянно его за руки. Но игнорируя, он подхватывает под колени, заваливая меня на спину.
Стягивает так низко, что видна тонкая ниточка на лобке.
— Мм… — поглаживает пальцами.
Раздвигая мои бёдра коленом, придавливает телом.
Вскрикнув, застываю.
Руки, губы, язык… Я впечатана и распята!
Ну вот! Меня едят… Смачненько так, со стонами наслаждения. Или это мои?! Боги…
Горячие пальцы ныряют под резинку трусиков. Меня бесконтрольно и бестыже выгибает навстречу этому ощущению.
