Я получил несколько указаний, но главным образом меня отправляли к фермерам, державшим коз за городом. Только двое из них жили в городе, и один – неподалеку от улицы Кузнецов."
"Короткий зимний день уже близился к вечеру, когда я шагал в сторону улицы Кузнецов. Лично меня вполне устраивало, что на город начали спускаться сумерки. Владелец коз, которого мне порекомендовали, держал всего несколько голов, больше ради молока, чем на мясо. Я нашел его дом по запаху и в темноте осторожно к нему подошел. В окно я увидел семью с тремя детьми, занимающуюся вечерними делами.
Я обошел еще три небольших домика, расположенных неподалеку, но видел лишь людей, собиравшихся ко сну.
Когда я скорчился в тени, я вдруг услышал стук приближающихся копыт. В Баккипе мало кто ездит верхом. Крутые, выложенные булыжником улицы не слишком удобны для прогулок в седле, а держать лошадь в городе, где от нее не слишком много прока, накладно. Судя по звуку, к дому приближался большой тяжелый конь. У входа грохот копыт стих. И почти сразу же распахнулась дверь. Какой-то грузный человек вышел на крыльцо и приветствовал всадника словами:
– Я не виноват. Не знаю, зачем он сюда явился, а на мои вопросы он отвечать не желает.
Я сразу узнал голос из воспоминаний Олуха: к этому человеку его привели в самый первый раз.
– Я разберусь, Пэджет. – Голос Лодвайна.
Его тон пресек все попытки Пэджета объяснить происходящее. Я спрятался за лошадью Сивила и слышал, как Лодвайн соскочил на землю.
– Молот, иди с ним, – приказал он коню, и я мельком увидел тень крупного мужчины, державшего на поводу коня вождя Полукровок, с которым тот был связан Даром.









