Второе дыхание

В начале сентября, когда впереди замаячили холода, «Юнкерс-Г31» вернули на линию Берлин-Копенгаген-Стокгольм-Хельсинки и связались с нами, пригласив письмом встретиться на нейтральной территории в Цюрихе или Мюнхене.

Я выбрал Цюрих. К тому времени как раз вернулся вслед за семьей из Антиба, отдохнувший, загоревший, полный сил и желаний, и возобновил преподавание в Женевском университете. Свободными у меня в этом семестре были среда и четверг. Забил стрелку на полдень среды в ресторане отеля «Центральный дворец», чтобы потом пообедать и обмыть соглашение или продолжение войны.

"

"Прилетел туда на своем самолете в начале одиннадцатого. На такси добрался до отеля, который расположен в центре города. Это большое старинное пятиэтажное здание с мансардой. В баре расположился за столиком в полутемном углу и заказал бокал пива дункель, который и здесь оказался хуже мюнхенского.

Сижу себе, цежу потихоньку пивко и вдруг чувствую взгляд. Смотрел на меня мужик с соседнего столика, тоже в одиночку потягивавший пенный напиток. На вид мой ровесник. Белобрысый, с длинными усами, концы которых загнуты вверх, похож на военного.

Если штатский, значит, точно немец, если военный, могут быть варианты. Мне показалось, что раньше видел его, но не мог вспомнить, где.

— Извините, вы похожи на человека, которого встречал во время войны в России, — произнес он.

— В Галиции летом шестнадцатого. Вас сбили, и вы оказались в плену, — сразу вспомнил я.

В то время к пилотам, даже вражеским, относились с благоговением. Молодого немецкого лейтенанта привезли к нам, чтобы мы посмотрели на него не только через прицел пулемета.

Вместе с ним отправились в ресторан, где алкоголь развязал языки, и разговор пошел живее и интереснее.

— Имя забыл, — признался я.

— Петер Бек, — представился он.

Я назвал свое и пригласил его за свой столик. До переговоров времени валом. Поможет скоротать.

— Разрешите угостить вас в ответ на то угощение? — предложил немец.

Почему нет⁈ Правда, мы угощали в ресторане, а он в баре, но это уже ерунда.

Петер Бек заказал нам по рюмке кирша, который гонят из забродившего сусла черной черешни вместе с косточками, благодаря чему у напитка миндальный аромат и привкус.

Мы дернули, разговорились, перейдя на «ты». Я рассказал свою военную лётную эпопею, он свою. Оказалось, что пробыл в плену немногим более полугода, а потом был обменян на какого-то русского лётчика. Дальше воевал на Западном фронте. После войны был уволен со службы. Сейчас работает в компании «Люфтганза».

— Давай угадаю: ты прилетел вести переговоры с представителем швейцарской компании «Женевские авиалинии», — сказал я.