Таргитай

Спешно выливают друг на друга, чтоб защититься от валящихся с неба огненных хлопьев.

Мокрые, торопливо льют на пылающие хозяйственные постройки, выводят лошадей из пылающей конюшни. Животные напуганы, становятся на дыбы, молотят по воздуху копытами.

Мимо пробежали двое, лица перемазаны сажей, волосы опалены.

– Давай быстрее, Микола! Пока кухня не загорелась!

– Вытаскивай порося! – крикнул второй в ответ. – Мне кухарка задолжала! И пару рыбин захвати!

В распахнутые ворота княжеского двора вбегают горожане, начинают суетливо таскать воду, помогают тушить охваченные огнём постройки.

На пути Таргитая возникла группа воинов. На кольчугах и шлемах мерцают сполохи огня, обнажённые мечи рассыпают яркие блики.

На мгновение Тарх растерянно остановился. В детинце, что горой возвышается справа, с громким стуком распахнулось окно, в нём показалась княжна.

Однако теперь Ладомира выглядит иначе – лик искажён гневом, в глазах отражается огонь полыхающих внизу построек. Кажется, что зрачки охвачены пламенем ненависти.

– Он повинен в смерти князя! – закричала девушка. – Убейте подлого пса!

Ладомира властным жестом указала на Таргитая. Краем глаза дударь заметил, как крупный ошмёток огня опустился княжне на ладонь, но она стряхнула, даже не поморщившись, словно кожа из стали.

Воины, как один, атаковали. У невра в руке победно заблистал Меч. Он бросился на гридней, как медведь на собачью свору. Двигался со звериной быстротой, парируя удары и сам рубя направо и налево. Вскоре воины неподвижно лежали на земле, на каждом кровавая рана, а то и не одна. Таргитай огляделся.

На него бегут снова, по одному, по два. Меч в его руке ожил, жарко нагревая ладонь. Волшебное оружие само отражает и наносит удары, парирует, выбивает у нападающих мечи и топоры. Тут же с чавканьем отсекает руки по самые плечи, врубается в грудь, с лёгкостью прорезая кольчуги.

Таргитай слышит кровожадную песнь Меча, что идёт из самого лезвия. Она передаётся едва заметной вибрацией по руке вверх, наполняя сердце злым, опьяняющим ликованием.

От вида падающих замертво, рассечённых врагов сердце стучит дико, надрывно. Кровь мощной рекой приливает к голове, шумит в ушах.

Тряхнув головой, дудошник заметил, что врагов не осталось, а сам дышит глубоко и часто, жадно хватая ртом воздух. Воины распластались в лужах крови, будто туши в лавке мясника.

Невр передёрнул плечами от того, что сотворил, но в этот момент заметил башню. Она уже совсем близко, возвышается, подобно великану, которому не страшно ни пламя, ни вооружённые до зубов людишки.

Таргитая накрыла злость – наверняка, маг видит его и всех остальных здесь ничтожными муравьями, что суетятся, оголтело бегают туда-сюда, защищая растревоженный муравейник.