3
0Понимаю, ты как настоящий герой не любишь на всём готовеньком! Куда приятнее не получать в дар княжество, а самому приехать в пустынную местность, спать на голой земле, своими руками построить крепость, все дома, колодцы и сараи, отхожие места да и курятники. Когда делаешь всё своими руками, это ж такая гордость берёт! А потом уже можно и вместо голой земли спать на голых девках и водить дружину в походы…
Он посмотрел с мужской солидарностью, ободряюще хлопнул по плечу.
– Не отпустит тебя никуда Аграфена, неужели не видишь? Ты пока притворись, что согласен и безмерно рад, с недельку. Она размякнет, подобреет, а потом глядишь, чо-нить и придумаем.
– Я… не… э-э-э, – промычал в ответ Тарх. – Как это с недельку?
– Ежели откажешься, – сказал Степан, сочувствующе разводя руками, – она с тебя шкуру с живого спустит. Обделённые мужским… гм… вниманием женщины ядовитее гадюк и свирепее беров! Угадай, с какого места начнёт шкуру спускать!
Радостные крики стихли. Таргитай огляделся – все смотрят на него и княгиню. Она счастливо сияет, широко улыбается, как будто уже через две минуты придёт волхв, чтобы объявить их мужем и женой и проводить на супружеское ложе.
Степан стоит рядом, на глазах слёзы, рот кривится, но невру показалось, что бывший разбойник изо всех сил сдерживает хохот.
– Прекрасная Аграфена, – произнёс певец, обратившись к ней и заметив, что её улыбка засияла сильнее. – Стать твоим мужем и защитником княжества – несказанная честь для меня…
Он замялся, зачем-то нащупал за поясом свёрток, в который завёрнуто Перо Рода. Кончики пальцев ощутили тепло, идущее через тонкую ткань.
– Но пойми… Я не…
Он не успел договорить, взгляд упёрся в темнеющее небо. Его заволокли клубящиеся тучи. Резко стемнело, будто солнце проглотил гигантский неведомый зверь. Сильный ветер ударил в лицо, растрепал волосы.
Бояре и простой люд на площади стали хватать шапки, не давая им покатиться по земле. Со всех сторон до Таргитая донёсся изумлённый гул.
Ослепительно блеснула молния. В небесах громко хрустнуло, словно раскололся огромный спелый арбуз. В глазах зарябило от множества сыплющихся с неба сияющих точек.
Словно стая мотыльков с пылающими крыльями, они, кружа, опускаются вниз, пока не стали наливаться тяжестью и падать, оставляя за собой дымящийся след.
– Святые боги! – прошептал Степан потрясённо.
Во дворе детинца послышались испуганные крики.
– Жжётся! Жжётся!!!
– Огонь! Боги в гневе! Наслали огненный дождь!
– Спасайтесь!!!
Паника мгновенно охватила всех. Простой люд ринулся в открытые ворота, остальные бросились под защиту кремля.
