Таргитай

Конец заточенного и смазанного жиром бревна медленно исчезает меж ног несчастного.

Тот кричит, глаза вытаращились, лицо исказила нечеловеческая боль. Искривлённый в крике рот брызжет слюной. По порткам течёт кровь, пропитывает ткань, частыми каплями падает на доски у ног палачей. Они крепко держат за руки и ноги и давят ему на таз всё сильнее.

Внезапно двери детинца распахнулись, будто изнутри ударили бревном. На каменные ступени выскочил высокий парень в волчьей душегрейке. По неимоверно широким плечам рассыпались золотые волосы. На лице сверкают решительностью голубые глаза. Пальцы обхватили рукоять меча, длинное лезвие мрачно горит в кровавом свете заходящего солнца.

Толпа охнула. Брови Кологора изумлённо взлетели. Он быстро огляделся, словно кого-то выискивая вокруг себя, потом вновь метнул взгляд в Таргитая.

– Ищешь своего верного пса из Артании? – спросил певец громко. – Так он в твоих покоях, размазанный по стенам! Вели послать слуг – надо же отскрести!

Степан ощутил, как разбитые губы расползаются в улыбке. Стоящий рядом Кодлан потащил из ножен меч, рванулся к детинцу. Перед ним принялись торопливо расступаться.

Таргитай тоже бросился вперёд, клинок в его руке смотрит в землю, но в глазах готовность в любую секунду пустить его в ход. Смотрит вокруг бесстрашно.

Бояре и дружинники у него на пути подались в стороны, пропуская золотоволосого богатыря и Кодлана навстречу друг другу. На лицах вспыхнуло любопытство – кто кого?

Воевода загородил дорогу к помосту. С быстротой молнии выхватил меч. На лице проступила широкая улыбка, словно ребёнок, что, наконец, добрался до сладкого.

Невр в волчьей душегрейке остановился перед ним, бесстрашно посмотрел в глаза.

– Не знаю, как тебе удалось победить Дикого Бера, – промолвил Кодлан, – но дальше ты не пройдёшь.

– Не ты ли надеешься мне помешать? – спросил Таргитай уверенно.

Улыбка воеводы была похожа на звериный оскал. На площади воцарилась тишина. Гридни в толпе обнажили оружие, но стоят, не двигаясь, ожидая приказа от воеводы.

– За Альгарона и моего друга Сыча! – гаркнул Кодлан, обрушивая на Таргитая меч.

Невр вскинул сияющий клинок. Меч Гардея парировал удар и тут же, молнией промелькнув перед глазами изумлённого воеводы, с хрустом разрубил ему череп и развалил до самого пояса.

По толпе снова прокатился вздох, раздались изумлённые голоса. Люди сильнее подались в стороны. Кодлан рухнул, из глубокой раны хлещет кровь, на землю мгновенно натекла пенистая тёмно-красная лужа.

На Таргитая бросился с десяток гридней. Невр едва успевает уворачиваться, но всю работу за него вновь делает Меч – парирует удары, рубит, пробивает кольчуги со страшной силой.