Таргитай

Брови сшиблись на переносице с такой силой, что оттуда едва не посыпались искры. – Что никакая смерть тебе не страшна.

– Меня может одолеть только старость, – кивнул князь, улыбаясь ещё шире. – Радомир об этом позаботился. Он ведь с тобой встретился и объяснил, что к чему.

– Вели освободить Степана, – проговорил дударь грозно, всё ещё упирая Меч в князя.

Кологор повернул голову, бросил гридням у подножия помоста:

– Эй! Развяжите этого черноволосого с бородой! Тот, кому собирались вырвать язык, а потом уже вспороть брюхо и медленно вытаскивать кишки!

Степан побледнел, торопливо подставил руки. Здоровенный гридень с неудовольствием перехватил ремень кинжалом.

Почувствовав, как кровь болезненно заструилась по онемевшим запястьям, Степан ринулся вверх по ступеням и встал плечом к плечу с голубоглазым варваром.

Оглядевшись, подобрал меч, выпавший из руки распластавшегося рядом дружинника. Тот лежит лицом вниз в луже собственной крови.

Разбитые губы Степана разошлись в широкой улыбке, подсохшая корочка лопнула, там выступила кровь. Он хищно посмотрел на князя. Полным ненависти взглядом уже четвертовал, оставив лишь голову, и бросил ещё живого к голодным свиньям.

– Ещё не поняли? – спросил Кологор насмешливо. Он бесстрашно смотрит в глаза Таргитаю. – Я неуязвим. Ваше оружие для меня – всё равно что игрушечное, ха-ха-ха! Ни один клинок, ни одна стрела не сможет мне навредить!

Он широко улыбнулся, глаза угрожающе прищурились.

– Вы сгниёте в застенках! Я даже не стану вас казнить, просто отдам в лапы палачам. Поверьте, они будут убивать вас медленно и мучительно… А то и лично вами займусь! Пыточных навыков я ещё не растерял.

Внезапно он вскинул руку, закричал:

– Ко мне!

Из терема и из стоявших в дальнем углу бараков принялись выбегать крепкие воины. Закатное солнце блестит на кольчугах и пластинах доспехов, на шлемах, закрывающих головы. На лицах написана решимость костьми лечь за князя-батюшку.

– Лучники! – рявкнул Кологор. – Целиться только сюда!

Степан побледнел, оглянулся. Княжеские воины постепенно вытесняют со двора бояр, те, перепуганные, торопливо отступают к детинцу вместе с жёнами. Дети, сидя на плечах отцов, всё ещё смотрят широко раскрытыми от любопытства глазами.

Дударь растерянно глядит то по сторонам, на заполнивших двор кремля дружинников, то на князя. Тот словно бы сделался выше ростом и шире в плечах. Смотрит победно, насмешливо.

Внезапно вперёд выступил Степан. Бледность оставила его бородатое лицо, глаза светятся отчаянной удалью.

– А, гори оно всё огнём! – крикнул он. – Нельзя зарезать, так хоть по морде наваляем!

Его сильные ладони метнулись вперёд, Кологор не успел даже закрыться, как мощный толчок сбросил его с помоста.