Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

Пока шли на передок, сделали несколько коротких остановок на позициях второй линии, где я встретил много старых бойцов, которые меня знали как командира. «Горбунок» к тому времени вышел в эфир и всех поставил в известность, что я вернулся, и командование от Артема перейдет ко мне.

— «Констебль» — «Абакану»? Привет, Костя! Переходи на запасной канал, чтобы не засорять эфир, — вышел на меня Рома.

Я перешел на канал «Плюс один», который мы держали для секретных переговоров, и оттуда посыпались вопросы о делах и здоровье не только от Ромки, но и от других пацанов, которые воевали со мной.

Я был рад, что ребята так живо откликнулись на мое возвращение, и вновь почувствовал себя частью третьего взвода седьмого штурмового отряда ЧВК «Вагнер». Компании, которая своим опытом и умениями смогла пройти по полям и углубиться в город, технически отставая по многим параметрам от противника. Володя и наладил работу чего-то потяжелее, чем гранаты и автомат. Под эти разговоры я добрался до первой городской позиции, которая находилась в огромном подвале. Прямо у входа в подвал лежали два убитых солдата ВСГУ.

— Привет, «Констебль»! — радостно поздоровался и протянул мне руку «Вьюга», когда мы спустились вниз, под дом.

— Здорово, самарский душегуб! Рад тебя видеть, — ответил я и крепок пожал его руку. — Командиром стал?

— Угу. Доверили. Да и домой скоро. Нужно опытом делиться. «Горбунок» меня сюда поставил."

"— Скоро будет тепло — надо что-то с убитыми сделать. Начнут разлагаться и пахнуть, — врубил я командира.

— Да не вопрос. В огороде прикопаем.

— Палку с табличкой поставьте. Похороните по-человечески.

Ребята напоили меня кофе и угостили вкусной едой. Двигаясь по частному сектору в пустующих домах, они находили много съестных припасов: картошки, солений и варенья. За едой они расспрашивали меня о моем здоровье и рассказывали свежие новости о том, что изменилось с момента моего ранения. Погибших было мало, и это радовало. Посидев с ними полчаса, мы выдвинулись дальше. Скатившись с горки в овраг, мы по грязи и жердочкам перешли реку Бахмутку. Когда я попытался помыть ботинки в речке, проводник показал на видневшуюся пятиэтажку на севере.

— Оттуда снайпер работает по этому месту.

— Ясность полная, — ответил я и понял, что госпиталь меня расслабил.

Петляя и маскируясь вблизи заборов, поглядывая в небо, по сторонам и под ноги, мы преодолели еще несколько кварталов и оказались у импровизированного штаба Артема.

Он находился в небольшом одноэтажном доме, который располагался на т-образном перекрестке двух дорог. Дом состоял из двух комнат. В одной комнате было две односпальные кровати, а в другой устроили кухню.