Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

— Да ничего особенного. Просто продумываем все атаки. Устаю, конечно. Спать приходится по три часа, но результат хороший. Во-первых, РПГ играет свою роль. АГС и минометы. Мы закидываем их постоянно. Они сейчас даже понять не могут, это штурм или нет. Начался он, или мы только собираемся. Долбим их двадцать четыре на семь. Я думаю, они там в шоке.

— И все?

— Нет, конечно. У нас тут работает одновременно семь штурмовых групп по пять человек. Плюс две группы прикрытия и группа эвакуации. Постоянное пополнение боеприпасов и всего, что нужно. Каждая группа имеет свои цели и задачи.

Плюс у меня вся координация в руках. И артиллерия, и «тяжи», и штурмовики. Напряжение сильное — все в голове держать — но по-другому никак.

— Круто.

— Не все сразу вышло. Некоторые тут считали, что докладывать о каждом взятом доме — это дебилизм. Пока одна из групп не потеряла бойца по своей глупости.

— Это как?

— Взяли вместо одного дома два. Не доложили. Вторая группа стала штурмовать дом, который уже был занят, и боец попал под наш огонь. И из «трехсотого» стал «двести». Теперь докладывают о каждом шаге.

— Кровь учит.

— Да, — согласился «Горбунок» и добродушно улыбнулся. — РВшники докладывают: «Мы взяли два дома», а я докладываю: «Мы взяли улицу». А то и квартал. Даже «Хозяин» в курсе наших успехов. Командир доволен. Так что давай, вливайся, «Констебль».

— Да я про это все эти дни только и мечтал.

— Выдвигайся вот сюда, — сказал «Горбунок» и показал мне дом. — Тут группа прикрытия. Посмотри, что там, и будем двигаться дальше. Работа, конечно, проделана колоссальная. Главное, темп не потерять. Хоть потери у нас и стали меньше в два раза — важно, чтобы народ не расслабился.

— Я, как осмотрюсь там, расскажу тебе, что и как.

Перед выходом я старался меньше думать и помолился, чтобы Бог дал сил и спокойствия.

— Как будет, так будет, — повторял я.

Хаски пацаны упустили. Ее ловили пару раз и притаскивали на эвакуацию, но всякий раз она благополучно убегала от всех и растворялась в «частнике». Я решил, что, выжив, я найду Наталью и подарю ей щенка.

«Передок»

Под утро меня разбудил проводник, и мы выдвинулись в город, чтобы найти располагу Артема Вындина, который командовал боями на одном из направлений передка.

Начался процесс адаптации человека, который возвращается из тыла в самую гущу боевых событий. Пока я шел, я еще раз вспомнил о том, чем мы отличаемся от украинцев, которые ездили на ротацию каждую неделю. По всей видимости, им приходилось адаптироваться каждый раз, когда они возвращались с отдыха на передовую, и каждый раз все сильнее переживать эту тревогу, связанную со смертельной опасностью для жизни.