Неподчинение

А я смотрела сквозь нетонированные стекла автомобиля, где видна была только светлая макушка Аськи, и точно знала, что она сейчас там сына своего, Эмина, грудью кормит. И сердце щемило, одновременно от радости и грусти. Думала о том, что я сейчас могла носить под сердцем ещё одного ребенка Руслана. И потом точно так же, как Сандугач, выписываться из роддома, в окружении всех близких, тех, кто по-настоящему меня любит.

Руслан, точно понимая мои чувства, не выпускал мою ладонь из своей.

— Поехали. Все у нас будет хорошо, — сказал уверенно, и Ясмин на руки привычным жестом подхватил.

Мне кажется, первые полгода нашей совместной жизни так и прошли: быстро, порой с грустными мыслями, но в целом я была счастлива. Жить с ним оказалось… необычно. Я была замужем пять лет, но вышло вдруг, что с Русланом все иначе. Просто, спокойно. Мне нравилось просыпаться, лёжа с ним в одной кровати, касаться по утрам небритой щеки, готовить ужин вместе с Ясмин, в ожидании, когда наш великан придет с работы.

А ещё — любить друг друга по ночам, когда засыпала дочка и мы оставались вдвоем, принадлежащие только друг другу. Я любила скользить пальцами по его коже, касаться каждого шрама, а потом ощущать его бесстыжие поцелуи в самым укромных местах.

То недоступное когда-то наслаждение, с ним я испытывала каждую ночь, и это было так правильно и естественно.

И Ясмин потихоньку прощалась со своими страхами, она даже подружилась с девочкой в центре Руслана. Может, на нее повлияло, что в нашей жизни больше нет Динара, о котором мой особенный ребенок не задавал ни единого вопроса. Может — занятия, где она проводила много времени в окружении других детей. В любом случае, все это пошло ей на пользу.

Сафин гордился Ясмин неимоверно, он вообще был лучшим в мире отцом, и сердце мое трепетало от нежности, когда они читали по вечерам друг другу книги. Любые, все, что попадалось под руку, даже скучные талмуды с теорией экономики. А я сидела рядом, подперев подбородок, даже не вслушиваясь в слова, просто наслаждаясь моментом. Так они были похожи: отец и дочь, и с каждым днём в Ясмин все больше прослеживались черты Сафина.

Единственное, что омрачало настроение Руслану— мое нежелание выходить за него замуж.

— Жить надо в браке, — заявил он, услышав в первый раз ""нет"" на свое предложение, — я хочу, чтобы у моей женщины была со мной и дочкой одна фамилия, что тут непонятного?

— Все понятно.

— Какая нормальная женщина отказывается, когда ее замуж зовут? Что тебе надо, кольцо, на колени встать?

Руслан стоял, возмущённо уперев руки в бока, взгляд тяжёлый, ноздри трепещут.