8
0
– Сытые будете и одетые, – бабушка не упускает случая позлить и без того мрачного Льва. – Не то что с этой…
– Мы и так не голые, – гневно выплевывает зверь. Что его так расстроило? Съел что-то не то? Точно не у бабушки – у нее все свежее и вкусное, я на себе проверила. Так что пусть предъявляет претензии своей невесте и тем заведениям, по которым ее водит.
– Пока что не голые, – не сдается Степанида Николаевна. – Вопрос времени и аппетитов некоторых… невест.
Покосившись на них, невольно вжимаю голову в плечи. Бабушка напоминает горящий фитиль бомбы. Еще секунда – и Лев взорвется.
– Так. У меня ноги, мне домой, – шутливо лепечу себе под нос, чтобы снизить градус напряжения.
Забираю свитер, сумку и прощаюсь, не желая больше быть свидетелем семейных ссор. И заодно осматриваюсь в поисках места, где могла бы незаметно оставить папку, не вызывая подозрений.
– Мне пора, – заметив, как округляет рот Ромка, быстро выпаливаю: – Полчаса уже прошло.
– А чай? – складывает ладошки перед собой в умоляющем жесте и принимает невинный вид.
– Не переигрывай, – треплет сына по макушке Лев и обращается ко мне: – Хорошо, поехали.
От убедительной, с нотками стали и налетом безысходности, фразы я обреченно вздыхаю.
– Правильно, доставь нашу девочку в целости и сохранности, – одобрительно кивает бабушка, закапывая меня еще глубже и прибивая лопатой напоследок. – Еще увидимся.
Ускоряю шаг, пересекая огромный холл дома Царевых. Будто сбежать хочу, но это невозможно. Лев настигает меня в два счета – ему и напрягаться не надо.
В коридоре цепляюсь взглядом за столик для почты в дальнем темном углу. Письма и бумаги на нем, наверное, покрылись пылью. Внушительная стопка завалилась набок и не рассыпалась лишь потому, что уперлась одним краем в стену. Видимо, Лев давно не разбирал почту…
– Можно в туалет? – резко останавливаюсь, впечатавшись спиной в грудь Льва и наступив ему на ногу, а он ловит меня за талию. – Носик припудрить, – прокручиваюсь в его лапах, скидываю их с себя и с улыбкой поправляю раздражающие меня очки.
– Тебе… Не можно, а нужно, – сочувственно скользнув взглядом по моему лицу, Царев качает головой.
Скрипнув зубами от злости и сузив глаза, я изо всех сил пытаюсь не расцарапать его самодовольное лицо. Сжимаю руки в кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Пыхчу и плавлюсь, как электрический чайник, который по глупой ошибке поставили на газовую конфорку. Но Лев меня ни грамма не боится. Наоборот, нагло ухмыляется, протягивает руку ко мне и указательным пальцем ставит на место опять сползающие очки. Будто провоцирует меня.
