1
0"Глава 1
— Лин сказал, что Элору становится лучше, когда ты ему читаешь, — говоривший это император не смотрел на меня. Даже на бледного, неподвижно лежащего на каменной плите Элора не смотрел, а на основание этой прикрытой простынёй плиты. — Поэтому ты будешь неотлучно находиться при нём и читать. Велларр заготовил для тебя укрепляющие зелья, Лин их доставит.
Узнав, что Валерия Элору не избранная, и ему надо искать новую, иначе он, скорее всего, умрёт в ближайшие месяцы, я вернулась в лабораторию на стул в изголовье Элора и попыталась успокоиться чтением вслух.
— Я буду следить, — предупредил император и бросил на пол камушек, развернувшийся в миниатюрного голема.
После чего ушёл, оставив меня с мертвенно-бледным Элором и стопкой книг в его изножье.
Я опустилась на стул, крепче сжимая томик приключенческого романа.
Голем запрыгнул на плиту, потеснил одного из пауков-анализаторов Линарэна. По белёсой руке Элора забрался на его едва вздымавшуюся грудь и уселся на границе между кожей и простынёй. Взмахнул ручками. Я, не глядя, раскрыла книгу и стала читать.
Голем действительно следил. Недовольно взирал на меня, когда я вставала и, не прекращая читать, ходила, разминая мышцы. Он провожал меня до туалета. Недовольно бдел, когда прерывалась выпить зелье придворного целителя или воды и уж совсем подозрительно на меня косился, когда я, положив книгу в кресло и продолжая читать, изображала массаж мышц, при этом втирая изменяющее запах зелье на случай визитёров и пробуждения Элора.
Если я смотрела на Элора, голем начинал возмущённо скакать и цокать камешками, намекая, что скоро явится его создатель.
И когда Линарэн приходил наложить на Элора очередное экспериментальное заклинание, влить в него магию из кристаллов, проверить состояние диагностическими заклинаниями, голем не позволял мне умолкнуть. А Линарэн не отличался многословием:
— Не отвлекай вопросами.
— Не мешай, мне нужно сосредоточиться.
— Ничего не происходит.
— Ты не поймёшь.
— Я пробую разные методы. Возможно, этот сработает.
Время превратилось в бесконечную ленту чужих переживаний, я пила бодрящие зелья, читала книгу за книгой и потеряла счёт часам.
Сколько так прошло? Казалось, целую вечность. И при этом всего десять книг. Может, дней пять-шесть.
А Элор, когда я всё же смотрела на него, был по-прежнему страшно же бледен, но дышал, кажется, чуть чаще.
Я читала.
