Дважды коронован

Теперь голодать не придется. Но и наброситься на сырокопченую колбасу прямо на складе он не мог себе позволить. Да и нельзя есть с дикостью оголодавшего зверя: кишки завернуться могут.

В лазарет они шли под тяжестью вещей, но это приятная ноша, залог удовольствия для будущего. Ноги не держали, от слабости качало из стороны в сторону, но Спартак добрался до места без чьей-либо помощи.

Это было небольшое двухэтажное здание, огороженное сетчатым забором, с декоративными решетками на окнах, которые, как в бараках, выламывались без особых усилий. Обстановка внутри, как в обычной армейской санчасти – кабинет врача, ординаторская, процедурная, бойлерная, кладовка и, главное, душевая с горячей водой.

На душ Спартаку и Жбану отвели всего десять минут, но этого им было мало. Они провели в моечной не меньше часа, и санитар из «козлятника» даже слова им не сказал. Но все же решил их наказать и принес им такие пижамы, которыми даже бомж побрезговал бы.

– Жить хочешь? – спокойно, но тяжело посмотрел на него Спартак.

Этого вполне хватило, чтобы санитара пробрало до мозга костей. Он принес почти новые, аккуратно сложенные пижамы – почти копии тюремных роб, но из более мягкого материала.

А о робах тоже нужно было позаботиться. Грязные они, окровавленные, местами порванные. Их бросят в каптерке, а после выписки отдадут. Но Спартака такая перспектива не устраивала. У него были деньги, но кормить «козла» – себя не уважать. Поэтому он просто распорядился привести одежду в нормальный вид.

– Но я не должен этим заниматься, – попытался возразить санитар.

– Грядет Судный день, – хищно усмехнулся Спартак. – Для козлов. Судить буду я.

Жбан посмотрел на санитара страшными глазами и провел пальцем по горлу, дескать, зарежут тебя, если одежда не будет чистой.

Слова Спартака и этот жест угнетающе подействовали на мужика, и тот кивнул в знак согласия. Сделает все как надо.

Палаты размещались на втором этаже. Все вроде бы здесь по уму – холл посреди узкого коридора, где стоял телевизор, пальма в кадушке, картины на стенах, информационные стенды. Столовая, раздаточная, где на разогревочной печи при желании можно было пожарить картошку. Палата большая, койки в один ярус, отопительная батарея горячая, окна заклеены, с пола не дует.

Тепло здесь, но не очень уютно. Потолок серый, плесень по углам, стены обшарпанные, с трещинами, краска на полу местами стерта или облуплена. Словом, лазарет нуждался в ремонте. Но для этого нужны были деньги, и Спартак знал, где их взять.

Воровской общак на то и существует, чтобы подогревать зоны. В первую очередь деньги идут на своих, коренных, так сказать, обитателей, на воровское благо, на подкуп ментов, и только во вторую – на больных и всех прочих. Лагерным общаком распоряжался Абакум.