Дозоры

В человеческом облике волкулак и правда отличался завидно крепким сложением.

– И тебе мерси. – Гоги прыгал на одной ноге, торопливо надевая спортивные трусы с полосками по бокам. – Х-холодно как, блин!

– А что ты хотел? Осень, – рассудительно ответил длинноволосый Артем.

– Девчонки, смертельный номер кончился, – сообщил с перил Толик Клюшкин. – Можно смотреть.

Волкулак тем временем успел напялить джинсы и уже натягивал через голову серую водолазку. Крупные босые ступни переминались по мраморным плитам среди клочьев шерсти.

– Гоги, тут после тебя пылесосить нужно! – воскликнула Маша, когда это увидела.

– Ветер пропылесосит. – Волкулак шуршал извлеченным из рюкзака пакетом, в котором обнаружилась пара кроссовок. – Тоже, что ли, твои, Змей Горыныч?

– Чьи же еще? – усмехнулся Иван.

– Ковыляй теперь в ботах на два размера меньше…

– А не фиг было перекидываться! Хоть бы в зубах сумку с одеждой притащил.

– Я же всегда налегке!

– У тебя и в мыслях легкость, – донеслось от Клюшкина. – Необыкновенная!

– Свитер можно было бы связать, – улыбнулась девочка с общей тетрадкой, глядя на обилие шерсти.

 – Или пояс…

– Слышал? – раскачиваясь на перилах, хохотнул Клюшкин. – Применение тебе в хозяйстве есть, Буреев.

– Зимовать будем тут, посмотрю я на тебя, зубастый. – Буреев зашнуровывал кроссовки.

– Мы из твоего ворса много чего сделаем, – сказала Маша, – если будешь каждый раз так оборачиваться.

– А змеи вообще по осени в спячку впадают, – ответил ей волкулак, притоптывая обувкой.

Маша изобразила: «Фи, как грубо!»

– Хорош болтать, – серьезно сказал длинноволосый Артем. – И так долго тебя ждали. Что, готовы?

Все встали в круг.

Последней – Аня Голубева. Ее тетрадка осталась лежать на перилах, страницы перелистывало ветром, как будто ему тоже было любопытно.

– Сцепили руки! – скомандовал Артем. – Клянемся…

Восемь голов склонилось, пока он читал. Это не было заклинанием, ничего кошмарного не случилось бы с тем, кто нарушил данное на мосту слово.

Кроме потери друзей и совести.

– Клянемся… – тихим нестройным хором зазвучали голоса.

Руки расцепились, круг распался. Восемь подростков собирали пожитки.

– Всю жизнь мечтал ночевать во дворце! – вернулся к прежней легкости мысли Гоша Буреев.

– Заслужи сначала, – отозвался Иван.

– Кровь! – вдруг спохватилась Анна.

– Не бойся, – успокоил Артем. – Все у меня.

– В наших жилах кровь, а не водица, – подхватил Клюшкин.

– Кое для кого что одно, что другое… – проворчал Буреев.

– …Мы идем сквозь волкулачий лай, – продолжил Толик.

– Револьверный, – поправила Анна. – Там было «сквозь револьверный».

– Выбесит – будет ему и револьверный!

– А вроде вампиры бешенством не страдают, – отозвался Гоша.