– Ну иди, иди, терминатор недобитый, – крикнул он в окно. – Думаешь, напугаются?
От тревоги за Аглаю Федор так сжал челюсти, что ответить не было никакой возможности.
– А может, и напугаются, – немного успокоенно сказал себе дед Филимон. – Страшон Федька в гневе. Аж сердце дрогнуло.
Он закрыл окно, накапал в стакан валокардин, выпил и задумался.
Встречу ему назначили в двух километрах от поселка, возле автозаправочной станции на Чуйском тракте. Как только взгляд Федора остановился на синем внедорожнике с тонированными окнами, припаркованном у дороги, передняя дверца машины открылась.
Федор разместился на сиденье. Машина тронулась.
– Ну? – сказал он.
– Не нукай.
Вымогателей было двое – один за рулем, второй сзади.
– Вы пригласили меня помолчать втроем? – немного раздраженно поинтересовался Федор.
– Не тряси нервами и слушай. У тебя последний шанс. Вернешь долг, гуляй свободно.
– Где девушка?
– В гостях у сказки, – сострил водитель. Он был чрезвычайно костляв и мог бы сыграть в кино Смерть: скулы и челюсти туго обтягивала кожа, в сочленениях голых безволосых рук хрящи выпирали так остро, что казались атавистическими шипами.
– Как вы меня нашли?
– В другой раз не свети рожу по ти-ви.
Федор закусил губу, проклиная на чем свет стоит технический прогресс человечества.
– Если девушку хоть пальцем…
– Замерзни, – грубо посоветовал второй бандит.
– Я верну деньги, – процедил Федор. В голове у него ощущалось некое упругое коловращение мысли, от которого стало даже немного щекотно. – Но за ними нужно ехать.
– Куда?
– В горы.
– В пещеру Али-бабы? – фыркнул костлявый.
– Угадали.
– За буратин нас держишь? – сказал второй. – Это тебе не на пользу.
Федор рассмотрел его в водительское зеркало: это был человек правильных геометрических очертаний.
– А вы что, не знаете, как называются эти горы? – спросил он. – Алтан в переводе с древнетюркского означает «золотой».
– Короче, Миклухо-Маклай.









