5
0
— Артём Александрович… — доносится снаружи какой-то непривычно дребезжащий, как козлиное блеяние, голос Горыныча.
Царевичев резко выходит, прикрыв за собой дверцу внедорожника. Но про щель в приоткрытом окне он забывает, и мне прекрасно слышно, как он говорит:
— Объяснись, Олег Данилыч. Как тот гадёныш проник в клуб, если я приказал внести его в черный список? Мне доложили, что он засветился на камерах.
— Всякое бывает, Артём Александрович… — оправдывается управляющий. — Внешность-то изменить проще простого.
— Это бардак, ты понимаешь? Я не потерплю в своем ресторане халатности.
— Да… виноват… но…
— И почему Тихонова Катерина вышла на смену? Я же сказал, что она сменила должность и цепляться к ней по этому поводу не надо! — с каждым словом голос босса становится все ниже, пока не начинает звучать, как рычание.
Зато у Горыныча, наоборот, козлиное блеяние приобретает совсем уж нелепый характер. И мне кажется, что он близок к тому, чтобы начать заикаться.
— Официанток на смене не хватало…
— Лучше признайся, что твоя протеже Ларочка вместо работы к клиенту укатила на дом. И отстегивает тебе процент за интимные услуги.
— Понял-понял… я все понял. Больше не…
— Понял? — никак не утихомиривается Царевичев. — Что-то непохоже. А ты в курсе, что произошло бы, если Василий Андреевич не связался бы со мной вовремя? Ему скажи спасибо!
— С. пасибо.
— Сегодня назначу тебе зама. Обучать будешь. Передай ему дела в течение недели, а сам посидишь на испытательном сроке.
— Простите, Артём Александрович, но я…
— Свободен!
Царевичев возвращается в машину и устало трёт лицо ладонями. Видно, что не выспался. Интересно, из-за чего. Или из-за кого.
Я тихонько вздыхаю, и он сразу же бросает на меня внимательный взгляд.
— Ну как ты?
— Лучше. Спасибо вам."
"— Тогда едем за сестрёнкой и в садик ее?
Я качаю головой:
— Сегодня садик не работает, Артём Александрович. Выходные же.
Босс на секунду задумывается. Потом вдруг улыбается и сообщает загадочно:
— Тогда у меня есть для тебя и Насти другой вариант.
Глава 17. Праздник детства
— Поехать к Косте и попрыгать на батуте? Конечно, хочу! Спасибо, Артём!
Глаза Настюши загораются предвкушением. Вот только что, когда мы вошли в мою съёмную квартирку, она сидела сонная и зевала, а теперь при словах Царевичева скачет по постели восторженным кузнечиком.
Я украдкой поглядываю на своего босса и молчу.
Мне безумно приятно, что в это кошмарное утро он решил позаботиться не только обо мне, но и о дорогом мне человечке. И этим самым буквально спас от депрессивных выходных. Потому что, останься я сейчас одна, то было бы сложновато сохранять перед ребенком спокойствие… а тем более развлекать его.
Меня до сих пор немного потряхивает от пережитого.
