5
0Я срываюсь в бег по лестнице так стремительно, что боль в растянутой щиколотке простреливает ногу до самого бедра. Но это неважно. Ничего не важно.
— Катя, стой! Подожди! — Царевичев бежит за мной, и он определенно быстрее.
Туфли мешают бежать. Эти проклятые дареные туфли!
Пока я снимаю их, задержавшись всего на пару секунд, Царевичев уже достигает верхнего пролета и кричит:
— Катя, подожди! Что случилось?
Я поднимаю на него глаза.
— Артём, ты женат?
В изменившемся выражении его лица я вижу горькую правду.
И с силой швыряю туфли на ступени.
А затем подхватываю подол голубого платья и, как есть, босиком бегу прочь — наивная, глупая Золушка с раненым сердцем."
