4
0И начальство попроще, и люди человечнее, что ли… Хрен профдеформируешься.
— Котик, кто там пришел? — в коридор выплыла дамочка средних лет, немного потертой наружности, но еще вполне ничего. Подтянутая фигура сохранила девичьи прелести. Шелковый халатик едва прикрывал бедра. Через тонкую ткань угадывалось, что накинут он на голое тело.
Ну, Зинченко, ну котяра. Не успел выйти, уже любовницу домой притащил. Устал от одиночества, видно. Его сын в бегах, а он развлекается.
— Это по работе, — буркнул Зинченко и, закрывая передо мной дверь, тихо добавил: — Через пять минут спущусь.
— Ты же не работаешь? — уже через дверь услышал я удивленный возглас женщины.
Я спустился в машину. Вместо обещанных пяти минут ждать пришлось целых двадцать. Судя по всему, от замашек, что барина все ждать должны, Зинченко пока не избавился. Удар об нары его подкосил, но он быстро оправился. Видно, готов был к такому всю жизнь. Когда рыльце в пушку, всегда ждешь, что за тобой придут…
Зинченко остановился на крыльце и крутил головой по сторонам. Никак не мог поверить, что приехал я за ним на “Волге”. Пришлось даже надавить на клаксон и помахать ему через открытое окошко.
Он сел в машину и, немного освоившись, начал бубнить по поводу сына. Дескать, отпрыск не виноват, а мы, дурни ментовские, его по ошибке взяли, как и его же совсем недавно. Но он так этого не оставит. Есть у него знакомые хорошие в Москве, и нам еще прилетит по полной. А когда его на работе восстановят (наивный чукотский парень), то он всем еще покажет Кузькину мать и еще много других матерей и не только.
Под его брюзжание и угрозы доехали быстро и нескучно. Я попутно попытался выведать на всякий случай личность его новой пассии, но Сергей Сергеевич об этом не проболтался.
Встреча отца с сыном была драматичной. Зинченко-старший с ходу залепил подзатыльник сыну, а потом обнял его. Женька ответить ему тем же не мог — руки за спиной сцеплены.
— Мы оставим вас на десять минут, — сказал Горохов. — Но, Сергей Сергеевич, извините, вас сначала придется досмотреть.
— Это еще зачем? — насупился Зинченко-старший.
— Ваш сын подозревается в серии тяжких преступлений. Так положено.
— Обыскивайте уже, — бывший номенклатурщик демонстративно поднял руки. — Только ничего там мне не подкиньте лишнего. Знаю я вас.
— Заметьте, Сергей Сергеевич, — так же едко ответил Горохов. — Кассеты вам никто не подкидывал.
— Да что кассеты? — досадливо махнул рукой Зинченко. — Вот сыну моему трупов подкинули, это да! Женька, конечно, не без греха. Но убийца из него, как из вас дюймовочка.
— Моя любимая сказка, — все так же ехидно улыбнулся следователь.
Я обыскал посетителя.
