4
0Вот сучонок!
Горохов от такого вероломного “развода” даже хлопнул кулаком по столу, еле сдерживая себя, чтобы не поменять местами этот самый стол с мордой Женьки. Но тот лишь пожимал плечами, мол, я обещал вам все рассказать, а рассказывать особо-то нечего. Включил старую пластинку — не убивал и все тут.
— Конвойный! — гневно крикнул Горохов так, что сержант услышал его в коридоре даже через закрытую дверь и вошел в кабинет.
— Увести задержанного! — буркнул он.
Как только дверь за ними захлопнулась, Горохов, потирая руки, полез в стол:
— Черт знает что! Ну и семейка. То буду говорить, то не буду! Ну, ничего, сейчас послушаем, о чем вы тут так долго ворковали.
Горохов вытащил на стол портативный катушечный магнитофон в коричневом кожухе с пристегнутым к корпусу микрофоном и ошарашенно уставился на прибор:
— Твою мать, что за херня?!
— Что случилось, Никита Егорович? — мы со Светой подошли вплотную к столу шефа.
— Магнитофон не включен!
— Как не включен? — нахмурилась Света. — Вы же при мне его настраивали. Незаметно так, для Зинченко-младшего.
— Ну, да… — растерянно развел руками следователь. — Точно помню, что ставил на запись. Ничего не понимаю. Заработался совсем.
— А может, его выключили? — предположил я.
— Не исключено, — Горохов озадаченно поскреб макушку. — Ну и семейка!
***
— Совсем ты про Олега забыл! — выговаривала мне Соня.
Мы брели по аллее парка, и я пинал желтые листья. Девушка цокала каблучками рядом, уцепившись за мою руку.
— Он, между прочим, про тебя спрашивал, — продолжала укоризненно качать головой Соня. — Собирались все вместе погулять на тех выходных, а ты опять не пришел.
— Извини, — улыбнулся я. — Работа… Но спасибо, что ты с ним провела время. Новые родители, конечно, люди хорошие. Но все же неродные. Это сразу видно… А к нам, вернее, к тебе, Олег тянется. Не знаю почему, но душу в тебе родственную нашел.
— Это он в тебе душу нашел, — ворчала Соня. — А ты побоку его.
— Все, обещаю, что такого больше не повторится. Поймали мы маньяка, теперь суббота будет в субботу, а рабочий день заканчиваться не ночью.
— Поймали? И кто он?
— Ты не поверишь, — я все рассказал Соне.
Она была в шоке и первую минуту только хлопала глазами. Никак не могла поверить, что тот самый богатенький раздолбай, что подкатывал к ней во время наших “деревенских” приключений, и есть душитель.
Честно говоря, я сам в этом иногда сомневался. Но потом отгонял эти мысли, вспоминая, что большинство маньяков-убийц в повседневной жизни были вполне себе тихонями, а иногда даже казались забитыми чмырями.
Мы зашли в кафе-стекляшку. Вместо стен был “аквариум”. Уселись за круглый столик в уютном углу. Я купил пломбир в невесомых, будто из фольги, штампованных креманках. Их тонкие стенки мигом покрылись сеточкой седого инея.
