5
0— Потом направо и прямо. Мимо не проскочите. Один такой дом на всю округу. А вы с ними разобраться приехали? Наконец-то ими органы заинтересовались. Докучают всем соседям. Сколько раз жаловались участковому, но все без толку. Говорят, дача это кого-то из шишек из области.
— Спасибо, нам пора, – я шагнул на порог.
— А как же чай?
— Некогда, отец. Служба.
***
Найти нужный “коттедж” оказалось легко. Машину мы оставили в темном переулке за несколько участков до нужного места.
— План такой, — инструктировал я Антона. — Идем туда, представляемся друзьями Зинченко-младшего. Говорим, что он нас пригласил на дачу эту. И выведываем, где наш друг ситцевый запропастился.
— А если он там окажется? С ними? — обеспокоено спросил Антон. — Раскусят нас. Сколько их там? Не справимся.
— Вряд ли он там. Сейчас ему не до веселья. Да и на людях не резон появляться. По городу дружинники расклеивают его рожу чуть ли не на каждом столбе. Завтра обещали по центральному каналу ролик показать о помощи в розыске. Если он хоть маленько с головой дружит, то не будет так светиться. А друзьям таким, сам понимаешь, что потоп, что пожар…
— Ладно. Только как нам за дружков его сойти? — Быков демонстративно оглядел свой наряд, состоящий из простенькой тканевой куртки и брюк, давно потерявших стрелки. — Они все там модные, наверное, а мы больше похожи на работяг.
— Не дрейфь, могут же у Женьки быть в друзьях фабричные парни?
— Нет.
— Да пофиг. Они же об этом не знают. Но ты слишком-то не принижай наш статус. Будем по мере возможности под их контингент косить.
— Это как?
— Говори неспешно. Не суетись, будто одолжение делаешь. Походочку изобрази небрежную. Веди себя так, будто все тебе чего-то должны, а весь мир радуется, что ты просто есть.
— Я так не умею…
— Блин! Тогда просто молчи и стой рядом. Говорить буду я. С этим-то справишься?
— Ага.
Мы подошли к внушительному дому из красного кирпича. Из-за высокого забора доносилась музыка. Импортный рок. Судя по экспрессии и драйву, исполнитель наверняка запрещен в СССР.
Забор глухой, ни щелки – не дача, а крепость. Я повернул ручку двери и потянул на себя. На наше счастье, дверь оказалась не заперта.
— Кислый вид спрячь, — бросил я Быкову последнюю инструкцию. — Улыбайся, только не во всю ширь морды, как двое из ларца, а снисходительно.
Мы поднялись по каменным ступенькам и очутились на широкой веранде. Дверь в дом нараспашку. Я вошел первым, за спиной пыхтел Быков.
Просторная гостиная наполнена табачным дымом, запахом пива и застарелого перегара. Полумрак пробивали лучи “Прометея” — модной цветомузыки.
На диванчиках развалились несколько парней в окружении хихикающих девиц.
— Привет! — я обвел присутствующих взглядом, будто искал кого-то.
