Княжич варяжский

А бог у него — такой затейник…

Печенег узнавать предпочтения нурманских богов не стремился, потому информация полилась потоком.

Сначала — хорошая новость. Орда, да, была. Но стояла отсюда в нескольких поприщах. Сотню же отправили в разведку, осмотреться. О будущих действиях орды подханок был не в курсе. Но предполагал, что разбойные. Добыть кровника — это была инициатива командовавшего отрядом подханка. В этом остроге жил рус, за которого один из ханов племени обещал пять лучших коней своего табуна.

И дело было не столько в конях, пояснил разговорчивый печенег, сколько в расположении хана. Тот был хотя и только третьим по возрасту, зато самым любимым сыном большого хана орды. С перспективой сесть на белую кошму владыки всех хоревой. Угодить ему — отличный шанс выйти из младших ханов в ханы полноценные. И сесть рядом с его белой кошмой.

Подханок мечтал притащить кровника живьем и не скрывал это от подчиненных, обещая быть щедрым с теми, кто пособит.

Острог был крепким. Не один раз на него нападали — и откатывались несолоно хлебавши. В прошлый набег как раз ханского сына и убили.

Взять острог той силой, что была у нынешнего вожака, точно не вышло бы. Тогда он придумал хитрость. Запустил к русам пятерых по-мирному, якобы коней продать. Пятерку копченых с полусотней лошадок доверчивые русы впустили в острог, а затем фальшивые торговцы придержали ворота, и внутрь зашла вся сотня. Да, сначала Небо было явно на стороне храбрецов-хоревой, а потом вышла промашка. Сотник оказался той еще зверюгой. Сдаваться не желал, обещаниям печенегов не верил и рубился на пороге своего дома до тех пор, пока копченым это не надоело, и упрямца забросали стрелами. Потому что терпения ни у кого не осталось. Очень уж хотелось повеселиться с полоном. Тем более подханок сказал: в живых никого не оставлять. Русы ведь тоже мстить умеют, а их большой хан в сече лют и, говорят, даже дань хузарам платить отказался, и ничего ему за это не было.

Повеселились хоревой знатно. Два дня веселились. Под конец уже ни женщин не хотели, ни пить-есть. Даже резать, рубить и то надоело."

"Так что прошлым вечером подханок сказал: довольно. Уходим. Тогда добили всех, кто еще жив оставался, отрезали голову упрямому сотнику, а жену его с собой забрали. Подханок сказал: не трогать ее. Вообще не трогать. Она — для хана. Раз уж не удалось кровника живьем взять, то хотя бы женщину его привезем, ведь отрезанная голова и живая жена лучше, чем только отрезанная голова. Да и для хана это замечательная возможность лично пресечь окончательно род врага, если пожелает. Тем более баба красивая. Вдруг хан решит ее себе оставить. На память о свершившейся мести.

За подробный рассказ варяги вознаградили копченого по достоинству.